Помимо этого, система порадовала наградой за мои сегодняшние старания. Как-никак, сорок семь процентов — это отличное качество. Даже у Эйлара, когда я готовил под его присмотром, выходило меньше тридцати. За этот успех я получил третий уровень навыка.
Уровень алхимии повышен до: 3.
Глобальное понимание зельеварения по-прежнему отсутствовало, но туман в голове понемногу начинал рассеиваться. Я стал хотя бы примерно понимать, в какую сторону двигаться дальше, и это не могло не радовать.
Закончив с посудой, я поднял взгляд и увидел всех остальных: они тесно обступили трехлитровый котел. Люди сидели прямо на земле и счастливо что-то обсуждали. Я настолько погрузился в свои мысли, что даже не заметил, как они начали ужинать без меня.
Поднявшись с земли направился к ним, пытаясь успокоить желудок, который буквально сходил с ума.
— Ничего, мы уже на финишной прямой, — подбодрил я сам себя, похлопав по животу.
— Да этот козел, рунолог из Янтарного пути, вообще берега потерял! За обычную слабую руну щита затребовал пять серебряных! — активно жестикулируя, возмущалась Сейла.
Ближе всех ко мне сидел Ларк. Он внимательно слушал и быстро уплетал похлебку, в которой плавало всё подряд: куски волчьего мяса, грибы, собранные по пути. Это не было верхом кулинарного искусства — обычная походная еда, но выглядела она невероятно аппетитно.
Мой желудок издал такой протяжный вой, что все моментально обернулись на меня. Я почувствовал себя бандитом, который ввалился в дом прямо во время семейного обеда.
Пройдя между ними, я заглянул в котел. На дне не осталось абсолютно ничего. Я огляделся по сторонам, но так и не заметил ни одной лишней порции или хотя бы пустой тарелки для себя.
— Где моя порция? — озвучил я вопрос, который в этот момент волновал меня больше всего на свете.
Взгляд невольно скользнул по пустому дну котла, на котором еще поблескивали капли жира.
— Кто как сегодня поработал, тот столько и получил, — заявил Рен.
На его лице играла самодовольная улыбка человека, который наконец-то проучил выскочку. Он демонстративно зачерпнул последнюю гущу из своей миски и громко чавкнул, глядя мне прямо в глаза.
— Эй, Рен, это уже лишнее, — Алан нахмурился, в его голосе прозвучало явное недовольство поведением товарища.
— Алан, ты что, забыл, сколько раз его полоумный мастер кидал нас на деньги? — Рен обвел присутствующих тяжелым взглядом, ища поддержки.
— Помню, но при чем здесь это? — Алан устало вздохнул и потер переносицу.
Было видно, что ему не хочется раздувать скандал на пустом месте.
— А при том! — Рен ткнул в мою сторону грязной ложкой, словно обвинительным перстом. — Этот щегол жрал за наш счет, пока мы тут в лесу жизнями рисковали. Пора платить по счетам!
Отчасти он был прав. Я и правда существовал на деньги, которые добывал Эйлар, а тот, как выяснилось, нагло обманывал людей. Но это все равно что винить сирот в том, что их приют содержат на украденные чиновником средства.
Да, вышло паршиво, спору нет. Но разве дети виноваты в происхождении этих денег?
— Рен, ну правда, парень-то в чем виноват? — подал голос Торин поддерживая меня.
Он сидел чуть в стороне, регулярно прикасаясь к повязке на руке. Его бледное лицо было лучшим доказательством моей полезности, и ему явно стало неловко за поведение товарища.
— Всё, Рен, завязывай. Дин сегодня отлично себя проявил, и вообще… — Алан попытался вставить твердое слово, стараясь вернуть себе авторитет командира.
— Заткнись! — Рен грубо оборвал его, подавшись вперед всем своим массивным телом. — В бою я тебя слушаюсь, но здесь, в лагере, я не дам ему ни крошки. И за один стол с ним не сяду, пока он не вернет всё, что задолжал его сумасшедший старик!
Он так сильно сжал деревянную миску, что та жалобно затрещала под его пальцами, грозя вот-вот лопнуть.
— Рен, не злись, Дин же ни в чем не виноват, да и… — мягким, примирительным тоном начала Сейла, пытаясь разрядить обстановку и урезонить здоровяка.
Она осторожно коснулась его руки, надеясь, что женское участие подействует лучше, чем приказы командира.
— Всё в порядке, — перебил я её, сохраняя внешнее спокойствие, хотя внутри всё кипело от несправедливости.
Я медленно отступил на шаг от их круга, давая понять, что не собираюсь выпрашивать кусок мяса.
— Я всё понял. Буду готовить себе сам. Алан ведь предупреждал перед выходом, что каждый отвечает за свой рацион самостоятельно.
Я развернулся и направился к своим вещам, кожей чувствуя на спине яростный взгляд Рена. Громила явно понимал, что только что выставил себя идиотом перед товарищами, и это бесило его еще сильнее.