— Как у тебя мясо получилось таким? Оно же прямо тает, его даже жевать не надо! — Ларк посмотрел на меня так, будто я совершил чудо.
— Все дело в подходе, — ответил я, глядя на то, как он выскребает миску. — Большинство просто кидает мясо в воду и ждет, когда оно станет съедобным. В итоге жуют варенные тряпки. Я же сначала обжарил его на сухом дне, пока не вытопился жир и не появилась корочка — она запирает весь сок внутри. А потом уже томил вместе с овсянкой, чтобы каша пропиталась мясным духом.
Я подкинул пару щепок в огонь, наблюдая за игрой пламени.
— Хорошая еда требует уважения. Если ты относишься к продуктам как к мусору, то и на выходе получишь помои. В этом мире и так хватает дряни, зачем еще и питаться ею? — я усмехнулся, глядя на его довольную физиономию.
Запомнив результат последнего эксперимента, я вылил бурду на землю. Попросил парня присмотреть за лагерем, а сам отошел к ручью, чтобы в последний раз за смену тщательно отмыть котелок. Когда я вернулся, мы с Ларком еще какое-то время негромко болтали о всяких пустяках, пока песок в часах окончательно не иссяк.
Пожелав ему спокойного дежурства, я наконец-то отправился к своему лежаку.
Завтрашний день обещал быть жарким во всех смыслах. Мы входим на земли, заросшие редкими травами, а для меня это значило только одно: гора новых ингредиентов и шанс продвинуться в своих исследованиях еще дальше.
Глава 11
Я провалился в сон в ту же секунду, как тело приняло горизонтальное положение. Спал как убитый, без всяких сновидений. Лишь однажды приоткрыл глаза, когда Ларк передавал смену Сейле — та так неохотно выбиралась из-под одеял, что своим ворчанием перебудила половину лагеря.
С первыми лучами солнца я встать не смог. Организм настолько вымотался, что сознание упорно отказывалось возвращаться. Благо Рен решил проблему радикально: он просто вздернул меня за шиворот и поставил вертикально, от чего мозг заработал моментально.
Удивительно, но здоровяк не стал делать никаких гадостей, хотя наши отношения были натянуты до предела.
Пока я приходил в себя, Ларк уже вовсю суетился у костра, готовя завтрак перед выходом.
— Давай рану промоем, — подошел я к Торину, как только окончательно пришел в себя после пробуждения.
— Что сделаем? — он переспросил с таким видом, будто я заговорил на незнакомом языке.
— Убрать грязь из раны, — терпеливо пояснил я. — Чтобы заражение не пошло и рана не загноилась.
— Загноилась? Это еще как?
— Это когда внутри раны скапливается дрянь и потихоньку отравляет весь твой организм, пытаясь его убить, — выдал я максимально простое определение процесса гниения.
Меня до сих пор коробило от того, насколько здесь дремучая медицина. Приходится на пальцах объяснять вещи, которые в моем мире знает любой ребенок.
— А, тогда спасибо, парень, но не стоит. У меня организм крепкий, — он дважды гордо стукнул себя в грудь. — К тому же я практик, меня такая чепуха не берет.
Не знаю, как устроены тела местных суперлюдей, но в моем мире, каким бы матерым качком ты ни был, крошечная зараза может легко свалить тебя в могилу.
— Давай все-таки сделаем это, пока Ларк возится с едой. Много времени не займет, — настоял я, действительно желая помочь. — К тому же мне любопытно, как сработало мое зелье. Считай, я на тебя его потратил, так что дай хоть на результат взглянуть.
Он пару секунд сверлил меня взглядом, но в итоге вздохнув, стянул защитный наруч с предплечья и принялся разматывать бинт.
Узел затянут был на совесть, так что одной рукой он справиться не смог — пришлось помогать. Но когда я наконец снял пропитанную кровью тряпку, то опешил. Под ней ничего не было. Лишь пара бледных розовых пятнышек на коже в тех местах, где клыки волка вошли глубже всего.
— Ого! — Торин первым нарушил тишину, изумленно ощупывая место, где еще вчера была рана. — Я-то думал, неделю буду заживать, а тут раз — и чисто.
— Впечатляет, — подтвердил я, сам не на шутку пораженный силой зелья. — А двигать рукой как? Боль есть?
Он принялся энергично махать рукой в разные стороны. Я внимательно следил за его лицом, выискивая хоть малейшую гримасу боли, но он лишь довольно скалился.
— Да так, тянет слегка, но раны я почти не чувствую, — наконец угомонился он и присел на бревно. — Только вот жрать охота — просто зверски!
Такой эффект лечения меня ошеломил. Подумать только, сколько травм, на которые обычно уходят недели, можно залечить за пару дней.
В голове сам собой начал вырисовываться бизнес-план. В моем мире такие средства разлетались бы как горячие пирожки.