Постепенно я скормил ему всё содержимое бурдюка. Как раз в этот момент вернулись с улицы Рен с Аланом. Ларк тащил охапку веток разной длины и пару обрывков веревки — всё, что удалось раздобыть.
— Это всё ты виноват! — внезапно вскочила Сейла, срываясь на крик. — Ты говорил, что договорился! А на деле просто решил обокрасть их, пока хозяев нет. Из-за тебя мы тут все сдохнем!
Она подскочила к Алану и начала яростно тыкать ему пальцем в грудь, чеканя каждое слово.
— Решил под шумок нажиться, пока там монстр бродит и никто из шестерок Крита носа не высунет? — Сейла была похожа на разъяренную фурию. — Если бы не твоя жадность, мы бы уже давно были дома с деньгами. Ты просто жадный кусок дерьма!
Алан стоял неподвижно, молча выслушивая обвинения. Плечи его поникли, взгляд был устремлен в пустоту. Он не пытался оправдываться — просто принимал этот удар.
— Эй, тише, — Рен мягко перехватил ее за плечи и заговорил успокаивающим тоном. — Успокойся, Сейла. Шанс-то был реально крутой. Мы бы за один раз заработали столько, что хватило бы на элитные зелья для культивации и перехода на новый уровень.
— Да что ты такое несешь⁈ — почти разрыдалась она в ответ. — Торин чуть копыта не отбросил! Даже если бы мы не встретили Крита, этот монстр всё равно бы нас сожрал!
Я мельком слушал их перепалку, стараясь не вникать, и сосредоточился на шине.
Сначала я осторожно подложил под предплечье Торина валик из свернутой ткани, чтобы палки не давили на и без того травмированную руку. Кость была жутко искривлена, и от одного взгляда на этот изгиб становилось не по себе — любая ошибка могла превратить перелом в месиво. Я подобрал две самые ровные ветки и приложил их по бокам, стараясь не менять положение руки.
— Да вы оба идиоты! — выкрикнула Сейла, в отчаянии колотя кулаками по груди Рена.
Но тот просто крепко прижал ее к себе, давая выплакаться. Он молча гладил ее по голове, пока она рыдала навзрыд. Я заставил себя не отвлекаться и вернулся к Торину.
Следующим шагом я начал обматывать шину тканью. Сначала зафиксировал у кисти, затем ниже перелома, потом выше и, наконец, у самого локтя. После каждого витка проверял: палки должны сидеть жестко, но не передавливать руку.
Когда всё было готово, я убедился, что пальцы Торина сохранили подвижность, а ладонь осталась теплой. Это принесло небольшое облегчение.
В конце я соорудил перевязь через шею, чтобы закрепить предплечье в приподнятом положении. Теперь кость была зафиксирована. Шанс, что рука срастется криво, стал меньше, да и сам Торин теперь был защищен от лишних травм, пока был без сознания
Моя работа на этом была окончена.
Рен с Сейлой тихо вышли наружу, Алан последовал за ними.
Я перебрался в угол, где до этого плакала Сейла. Тело ныло, хотелось просто выключиться. Устроившись поудобнее, я откинул голову на холодную стену и закрыл глаза. Ларк остался сидеть рядом с Торином, тоже погрузившись в тяжелую дремоту.
Сквозь темноту до меня долетали приглушенные голоса троицы снаружи. Разобрать, о чем они спорят, было почти невозможно — доносились лишь отдельные слова, которые никак не складывались в общую картину.
Я пытался игнорировать этот шум, пока Сейла снова не сорвалась на крик. Внутреннее чутье подсказало: пора подвинуться поближе к проходу. Так я и сделал.
— Мы не можем! Просто… не имеем права! — Голос Сейлы сорвался, превратившись в тонкий, испуганный вскрик.
— У нас нет выбора, — отрезал Рен, и в его голосе зазвучал металл. — Либо мы делаем это, либо нам всем конец. Сдохнем прямо здесь и совсем скоро.
— Давайте просто сбежим и… — начала было Сейла.
— Не выйдет, — перебил её Алан. — Просто так уйти не получится. Надо что-то придумать, но то, что ты предлагаешь, Рен — это не выход.
— Ты не прав, — продолжал давить Рен. — Представь: они заявляются сюда, видят этот цветок — нашу единственную возможность откупиться. Они же захотят его сорвать, и как думаешь, чей труп они для этого используют?
Воцарилась тяжелая тишина. Никто не проронил ни слова. Я лихорадочно пытался по крупицам собрать воедино смысл их спора, но какой-то важный момент всё равно ускользал от меня.
— Думаешь, они выберут того сопляка-алхимика? — уже на повышенных тонах наседал Рен. — Нет, они возьмут твоего братца! Он бесполезен, в отличие от этого подмастерья. Могут взять Торина, но вряд ли — он хоть какое-то имя имеет, а Ларк — обуза.
На сердце стало гадко. Этот разговор мне совсем не нравился, и хотя выходило так, что я вроде как в безопасности, но разум твердил: тут что-то не так.