Честно говоря, были серьезные опасения, что за время отсутствия в дом кто-нибудь заберется. Учитывая бедность района и хлипкость замков, визит незваных гостей казался делом времени. Однако, быстрый осмотр успокоил — вроде бы ничего не пропало. Впрочем, брать здесь было особо нечего, если не считать пары старых кастрюль и дырявого одеяла.
Забросив на стол набитый сеном мешок, я запрыгнул на него и укрылся, погрузившись моментально в сон.
Пробуждение на следующее утро выдалось тяжелым. Организм был совсем истощен. В идеале стоило бы плотно поесть еще вечера, но готовить не хотелось, да и запасов в доме не осталось. Последние крошки исчезли еще на вчерашнем привале. Приходилось расплачиваться за вчерашнюю беспечность, борясь с накатывающей слабостью.
Сначала возникла мысль сразу рвануть на рынок за продуктами, но внешний вид, мягко говоря, оставлял желать лучшего. Запах был еще хуже. Предстояло сперва привести себя в божеский вид и вернуть человеческий облик.
Вчерашние мечты о том, как получится завалиться в бадью и часами наслаждаться теплой водой, разбились о суровую реальность. Хотелось поскорее поесть и заняться делом, поэтому пришлось просто вылить на себя несколько ведер ледяной воды и быстро обтереться, смывая дорожную грязь.
Обязательно нужно сходить в баню в ближайшие дни — последовало твердое обещание самому себе под аккомпанемент стучащих от холода зубов.
Наконец приведя себя в порядок, насколько позволяли скудные средства, удалось выбраться на улицу.
Город только просыпался, поэтому выходило идти по почти пустым переулкам. Путь пролегал мимо таверны «Семь миль». Ноги сами замедлили ход. Появилась мысль — зачем возиться с готовкой самому, если в кармане приятно звенят монеты? Вполне можно позволить себе нормальный завтрак.
Уже на подходе к заведению вспомнилось, как в прошлый раз Дин настойчиво зазывал заглянуть внутрь.
Дин! Он совсем вылетел из головы. Последние пару дней парень никак себя не проявлял.
Пришлось сойти с тропинки в сторону, чтобы не мешать прохожим, и максимально сконцентрироваться на внутренних ощущениях.
Долгое время стояла тишина. В голову закрались подозрения, будто он исчез окончательно. Однако после долгих мучений удалось его нащупать. Состояние Дина было плачевным — он казался совсем слабым и абсолютно не реагировал на попытки достучаться.
Никаких тревожных знаков увядание его духа не подавало. Самочувствие оставалось в пределах нормы, если не брать в расчет общее истощение. Видимо, процесс шел своим чередом. Либо Дин окончательно сливался с моей сущностью, либо моя собственная душа потихоньку вытесняла его остатки.
Меня это совершенно не заботило. Странное состояние Дина я решил просто игнорировать, ведь на жизни оно никак не сказывалось. Я вел себя как типичный мужик. Если выскочила непонятная сыпь, но она не чешется и не мешает, значит, можно забить. Оставалось только надеяться, что беспечность не обернется печальными последствиями в будущем.
Живот внезапно выдал громкую трель. Организм требовал немедленно заняться действительно важными делами вместо бесполезного простоя на дороге.Пришлось согласиться с доводами собственного тела и шагнуть на территорию таверны.
Территория перед таверной выглядела уютно. Здесь стояло несколько массивных деревянных столов под навесами, за которыми по вечерам наверняка собирались шумные компании. Сейчас же уличная площадка пустовала, лишь легкий утренний ветерок гонял пыль по доскам.
Внутри заведение производило приятное впечатление. Это было добротное место среднего достатка, где во всем сквозила морская тематика. Стены украшали старые рыболовные сети и отполированные до блеска штурвалы, а под потолком вместо люстр висели массивные фонари, напоминающие корабельные. Даже запах здесь был особенный — смесь жареного мяса, крепкого эля и легкий, едва уловимый аромат соленой воды.
Миновав пустые ряды столов в основном зале, ноги сами направили меня к массивной барной стойке. Она была вырезана из темного дуба и казалась почти вечной, повидавшей на своем веку сотни усталых путников.
За стойкой возился мужчина. Он методично расставлял тяжелые глиняные кружки по полкам и подливал масло в светильники, готовясь к наплыву первых посетителей. Тишину зала нарушал лишь мерный стук посуды да негромкое сопение мужчины, сосредоточенного на своей утренней рутине.
— Здравствуйте, можно у вас пообедать? — присаживаясь за стойку, поинтересовался я у мужчины, который вероятнее всего заправлял этим заведением.