Я понимал его логику. Это игра на другом уровне.
— Значит, нужно больше информации, — сказал я. — Нужно понять конечную цель Зарена. Зачем ему эти эксперименты? Что он пытался создать или получить в Фонде Ноль?
И это нужно было не только Тайной Канцелярии, но и мне — чтобы понять, как усилить сигнал портала, который откроется через сто дней. Но вслух я этого не сказал.
— Именно, — согласился Бергер. — Моя задача — не наказать Босха за беспорядок в архиве. Моя задача — выяснить, чем занимается Зарен под крышей этого архива, и предъявить ему обвинение, от которого он не отмахнётся. Для этого нужны факты. Документы. Возможно, образцы. Показания свидетелей, которые не испугаются. Вы, Алексей Сергеевич, можете стать источником таких фактов.
Он встал и прошёлся по кабинету.
— Ваша защита будет обеспечена. С сегодняшнего дня вы официально числитесь в списке лиц, с которыми Тайная Канцелярия ведёт оперативную работу. Это даст вам иммунитет от мелких пакостей Босха. Но помните: эта защита действует, пока вы полезны. И пока вы не лезете в дела, которые я не санкционировал.
Он положил передо мной на стол тонкий бланк с печатями — тот самый документ.
— Ваша задача на ближайшее время: наблюдать. Фиксировать любые визиты, в том числе и Зарена — особенно его, — и его людей. Отслеживать перемещения Босха, особенно в сторону западного крыла и Фонда Ноль. Искать любые упоминания в документах о «резонансных цепях», «сингулярностях», «стабилизации пространственных разломов». Всё, что может указывать на суть его экспериментов. Вы — мои глаза внутри. Я не могу здесь быть всегда, сроки проверки уже скоро истекают. Так что я на вас надеюсь.
Я взял документ. Бумажная броня.
— А если я наткнусь на что-то, что нельзя просто «зафиксировать»? Что требует немедленного реагирования?
— Тогда используйте ретранслятор. Но только в случае прямой угрозы вашему прикрытию или очевидного прорыва в расследовании. Мы не будем поднимать шум из-за каждой подозрительной тени. Основная наша задача — накопить силу. Чтобы хватило одного удара. Нокаутирующего удара.
На последнем слове он сделал акцент.
— Я понял, — кивнул, складывая документ и пряча во внутренний карман. — Я буду вашими глазами.
— И ушами, — добавил Бергер.
Я кивнул.
— Спасибо.
— Не стоит. Это инвестиция в вашу лояльность. Теперь идите. И помните о главном: мы копим силу. Не растратьте ее раньше времени.
Катя вернулась на работу уже на следующее утро.
Выглядела она смущённой и слегка ошеломлённой, но в глазах горел огонёк затаённой надежды. В руках она держала коробку со своими вещами.
— Катя? — первой её заметила Мария Ивановна. — Детка, ты… вернулась?
— Вроде как, — неуверенно улыбнулась Катя. — Мне вчера вечером позвонили из кадров. Сказали… что произошла досадная ошибка. Что отстранение было необоснованным. И не просто вернули, а… перевели. К вам. Вот.
Она показала бумагу о переводе в отдел систематизации и каталогизации. В мой отдел.
— И зарплату… увеличили, — добавила она тише, словно боясь сглазить. — Сказали, в качестве компенсации за моральный ущерб и… еще про какое-то заявление намекали, которое лучше не следует подавать… Ничего не поняла. Да и не важно. Главное — вернулась!
Костя, услышав шум, вынырнул из-за стеллажа.
— Кать! Ты снова с нами! А я уж думал, тебя в эти жернова бюрократии навсегда засосало! — Он подскочил ближе, разглядывая приказ. — Ого! С прибавкой! Да тебя не наказали, тебя обласкали! Что это было? Ты что, тайная принцесса в изгнании?
Катя пожала плечами.
— Сама не понимаю. Вчера — конец света. Сегодня — как будто ничего и не было. Только отдел другой.
Её взгляд встретился с моим через комнату. Я сидел за своим столом, стараясь сохранять нейтральное выражение лица, но углы губ сами тянулись вверх. Она кивнула мне. Тоже улыбнулась.
Лыткин, крадучись, вышел из своего кабинета. Увидев Катю, он вздрогнул, будто увидел привидение, его лицо приобрело болезненное выражение.
— Екатерина! — забормотал он, неестественно улыбаясь. — Рад… очень рад, что недоразумение улажено! Прошу прощения за вчерашние… волнения. Очень ценный сотрудник! Место для вас уже приготовлено! Вот, рядом с… с Николаевым. Для лучшей координации!
Он указал на свободный стол прямо напротив моего. Катя, всё больше удивляясь, переглянулась со мной. Я лишь сделал вид, что погружён в документы.