Я остался один в помещении.
«Портал закрылся… временное расслоение…» — мысль билась, как птица в клетке. Почему здесь? Почему сейчас? Цикл в 117 дней ещё не завершился. Западное крыло спокойно. Значит, это не естественный выброс, не вписывающийся в привычный цикл. Значит была какая-то причина, которая вызвала эту аномалию.
А что если, ну в порядке полного бреда, но Костя прав? Он говорил о том, что сюда что-то сегодня ночью доставили от Зарена. Не деньги и не документы, но наверняка что-то магического толка. Доставили — а тут и портал второй открылся. Совпадение? Совпадения лишь тогда совпадения, когда никто не догадался проверить причинно-следственные связи… Что, если Зарен привез сюда что-то, что могло… спровоцировать это расслоение?
Мне нужны были ответы. И нужен был доступ к информации, которую обысками и допросами не получишь. Потому что если это что-то, что сделали Босх и Зарен сегодня ночью, спровоцировало появление портала, то и я могу, чисто теоретически, повторить, чтобы создать нужный портал в западном крыле.
Мне нужна была Лина.
Я отбежал от двери «Сигмы» к ближайшему терминалу связи, вмонтированному в стену. Панель была тёмной.
— Лина! — прошептал я, стуча костяшками пальцев по холодному пластику. — Лина, на связь! Срочно!
Воздух перед терминалом задрожал. Появилась её голограмма, но образ был едва различим, размытым, будто сигнал был на пределе. Голос прозвучал отдалённо, с помехами.
— Алексей… Процесс… идёт. Ресурсы… перераспределены. Что… случилось?
— Понимаю, но… нужна твоя помощь. В «Сигме-7» только что открылось расслоение. Второе! Чёрно-золотой туман. Выбросило живого крокодила. Портал уже закрылся. Это было не в западном крыле. И… не по графику.
Голограмма дрогнула. Помехи на секунду стихли.
— Невозможно… — прозвучало чётче. — Мониторинг не фиксировал накопления энергии в этом секторе. Это… внешний триггер.
— Вот и я так думаю, — кивнул я. — Поступила информация, что сегодня ночью в Архив что-то привезли от Зарена. Думаю это и стало причиной возникновения аномалии. Ты можешь отследить, что это было?
Лина ответила не сразу.
— Запись с камер по пути следования курьера стёрта. Протокол «Призрак». Уровень доступа архимага. Но… тепловые датчики в кабинете Босха зафиксировали кратковременный всплеск излучения в момент вноса объекта. Характеристики… совпадают с фоновым излучением стабильных пространственных разломов.
— Значит, это устройство. Оно могло спровоцировать расслоение?
— Теоретически — да. Если оно является носителем резонансных волн, настраивающимся на частоту естественных разломов Архива. Но для такого нужна… привязка. Каллибратор. Источник эталонного сигнала.
— Ни черта не понятно! — буркнул я. — Ты можешь яснее излагаться?
— Я говорю про Фонд Ноль, — терпеливо пояснила Лина. — Там проводились эксперименты. Там лежит «Эхо Войны». Там же мог остаться… след или отпечаток частоты прошлых выбросов. Эти же следы могли вызвать побочную реакцию в виде этих расщеплений. То, что они делают, сильно истончает ткань реальности.
— Лина, мне нужен доступ в Фонд Ноль. Сейчас. Пока Босх не опомнился и не потащил туда это устройство обратно, или не уничтожил следы.
— Алексей… это безумие. После прошлого проникновения безопасность усилена. Даже я не смогу отключить все протоколы незаметно. Риск…
— Риск того, что через сто дней я так и останусь здесь, или что следующий «крокодил» упадёт на голову Кате, ещё больше! — прошипел я. — Это мой шанс, Лина. Ты получила свой — «Слезу Горгоны». Помоги мне получить мой. Проведи меня. Обеспечь тишину. Я должен увидеть, на что именно настраивалось это устройство. На какую частоту. Чтобы не ждать эти сто дней.
Долгая пауза. Помехи на голограмме снова усилились.
— Хорошо, — наконец прозвучало тихо. — Я создам ложный сбой в системе электроснабжения восточного крыла на семь минут. Аварийное освещение, отключение части датчиков движения. У тебя будет окно. Маршрут сообщу. Но, Алексей… семь минут. Ни секундой больше. И если что-то пойдёт не так… я не смогу тебя вытащить. Я буду… занята.
— Семь минут, — кивнул я, чувствуя, как адреналин с новой силой заливает вены. — Давай.
Голограмма погасла.
Я бросил последний взгляд на тёмный проём «Сигмы» и на лужу слизи, которая уже начинала высыхать, превращаясь в прозрачную, липкую плёнку. Затем развернулся и побежал. Навстречу аварийной тревоге, которую вот-вот объявит Лина.
Аварийное освещение вспыхнуло резкими красными всполохами, превращая знакомые коридоры в декорации к фильму ужасов. Глухой вой сирены, приглушённый Линой до фонового гула, неприятно резал слух.