Я взял телефон.
— Спасибо.
— Ты молодец, Алексей. Правда.
Она вдруг наклонилась и поцеловала меня в губы. Легко, быстро, но так, что у меня сердце пропустило удар.
А потом отстранилась, встала.
— Выздоравливай, — сказала она. — Я зайду завтра.
И вышла, оставив меня с фруктами, телефоном и бешено колотящимся сердцем.
Я смотрел на закрытую дверь и улыбался.
— Ну, спасибо, — прошептал я.
Я глянул посмотрел на дверь, за которой только что скрылась Катя, и почувствовал, как улыбка медленно сползает с лица.
Кристалл.
Он остался у тех тварей. Последнее, что я видел перед тем, как схлопнулся портал — Вожак, стоящий на пороге своего мира, с Кристаллом в щупальце. Он унес его с собой, обратно в ту зараженную реальность, откуда пришла его армия.
А значит, Кристалл все еще у них.
Я закрыл глаза, и перед внутренним взором снова встала та картина: бесконечные ряды существ.
— Вернутся, — прошептал я в тишину. — Они обязательно вернутся…
Я был в этом уверен. Кристалл — не просто артефакт. Это ключ. Маяк. Портал. Пока он в руках разумных существ из другого мира, они будут пытаться открыть дорогу снова. У них было время изучить его, понять, как им пользоваться. Вожак уже научился черпать из него силу, уже использовал его, чтобы вести свою армию.
В следующий раз они будут подготовлены лучше. Найдут способ обойти «Щит» или уничтожить его до того, как мы успеем активировать. И тогда — все. Архив падет.
Мы только отсрочили. Не победили.
В груди разрасталась холодная, липкая пустота. Не та, магическая, что помогала в бою, а обычная, человеческая — от бессилия перед тем, что надвигалось.
Прорыв.
Огромный, хорошо организованный, с армией наготове по ту сторону. Не спонтанное расслоение, неслучайная трещина в реальности. Атака. Кто мог такое организовать? И кому она выгодна?
Тем тварям? Да. Но не стоит ли за тварями кто-то еще?
Например… Зарен.
Имя всплыло в голове само собой, и я не стал его отгонять. Мысль была дикой, но порой даже в самой безумной идее может скрываться зерно истины.
Дикие эксперименты в Фонде Ноль с Кристаллом, с той безумной установкой, которая чуть не разорвала реальность на части. Иметь Кристалл как элемент власти вполне себе неплохо. А целую армию монстров, у которых есть этот Кристалл — еще лучше.
Что если предположить — пусть и на долю мгновения, просто как самую безумную и дурную идею, — что Зарену вся эта тема с порталом выгодна? Только вот какая?
Император умирает. Скоро трон опустеет, и начнется борьба за трон. У Зарена есть союзники, но есть и враги. Если он сможет использовать армию из другого мира как свой личный кулак, никто не посмеет встать у него на пути. Но с другой стороны не факт, что эта армия будет послушная воле архимага. Скорей всего он должен это понимать.
Я закрыл глаза, пытаясь унять пульсирующую боль в висках.
Слишком много вопросов. Слишком мало ответов.
Но одно я знал точно: Зарену верить нельзя. И если он действительно стоит за этим вторжением, то мы имеем дело не просто с честолюбивым магом, а с человеком, готовым уничтожить целый мир ради своей выгоды.
Дверь скрипнула.
Я повернул голову, ожидая увидеть медсестру или, может, вернувшуюся Катю.
На пороге стоял мужчина. Средних лет, в строгом темном костюме, с цепким, внимательным взглядом. Темно-синим взглядом.
— Не спите, Алексей? — спросил вошедший негромко.
— Не сплю. Проходите, — невесело улыбнулся я. — Чем могу быть полезен Тайной Канцелярии?
— Я думал, вы и сами догадаетесь! — ответил Бергер, войдя внутрь. — Кстати, я не один. Алексей, позволь представить. Это мой непосредственный начальник. Глава Тайной канцелярии, граф Андрей Петрович Строганов.
Глава Тайной Канцелярии оказался высоким, сухощавым мужчиной, с лицом, изрезанным глубокими морщинами. Седые усы, аккуратно подстриженные, придавали ему вид старого гвардейца, отставного военного, который и сейчас готов встать в строй. Но глаза — глаза были молодыми, острыми, пронзительными. Они смотрели на меня с той спокойной уверенностью, которая бывает только у людей, привыкших решать чужие судьбы.
Странно, но у главы Тайной Канцелярии, в отличие от Бергера, глаза были вполне обычными, не синими. Не имел атрибута «Око Абсолюта»? Тот самый Прямой Взгляд, знак владения ментальной магией. Или обладал чем-то другим, что не имеет визуальных отличий? Чем-то более мощным?