Единственным лучом света в этой мрачной бездне стала Нериса Тейлор — рыжеволосая бестия из обедневшего, но гордого рода, чья магия, яркая и неукротимая, плясала в жилах, словно живое пламя, весело потрескивающее в камине. Гарет, отчаявшись найти способ реализовать свои амбиции, вложил в этот неравный брак всё, что у него осталось: состояние, связи, последние крупицы былой гордости, надеясь, что магия её рода поможет ему обрести желаемое могущество. Но и здесь жестокая судьба нанесла ему сокрушительный удар: Нериса… его хрупкая надежда, умерла при родах, оставив ему лишь дочь Милаиру, унаследовавшую утончённые фамильные черты Брандтов и магический дар, превосходивший материнский, яркий и неукротимый, словно дикое пламя. Милаира, его единственная наследница — живое напоминание о том, как судьба плюёт в лицо.
Десятилетия спустя удача, казалось, наконец-то улыбнулась ему: эрцгерцог Эйден Феллдриан, опальный, изгнанный брат правящего короля, изъявил желание взять Милаиру в жёны, видя в этом выгодный политический союз. Гарет, предвкушая триумф, уже мысленно представлял себя в тронном зале, где его дочь, став королевой, станет прочным мостом к долгожданной власти и влиянию. Но Милаира, унаследовавшая от матери не только мощный магический дар, но и непокорный, бунтарский нрав, одним дерзким поступком разрушила все его тщательно продуманные планы, сбежав из-под венца с оборотнем — существом, презираемым высшим обществом, грязным оборванцем, живущим вне рамок закона и приличий.
Одиннадцать долгих, мучительных зим бесплодной погони тянулись бесконечно, словно кошмарный сон. Одиннадцать зим, в течение которых магическая печать контракта с эрцгерцогом Феллдрианом, словно раскалённое клеймо, жгла его кожу, напоминая о былом унижении и крахе тщательно продуманных планов. И когда они наконец нашли беглянку Милаиру, от неё осталась лишь бездыханная оболочка, лишённая жизни.
Но вскоре обнаружилась внучка, крошечное дитя — полукровка, рождённая от запретной любви, с глазами цвета безоблачного летнего неба, в которых, казалось, отражалась вся бескрайность мироздания. Айрин.
Эта девчонка, словно насмешка судьбы, унаследовала от матери не только красоту, но и… словно сама Светлоликая, решила сыграть злую шутку, даровав ей редчайший, бесценный дар — магию жизни, способную исцелять самые страшные раны и возвращать к жизни даже тех, кто, казалось, навсегда покинул этот мир.
Согласно древним легендам, Светлоликая - богиня создавшая мир, даровала эту удивительную силу первому королю Велтралиса, чтобы он исцелял раны и объединял разрозненные земли, даруя им процветание и мир. Но для Гарета Айрин стала лишь очередным инструментом, средством достижения его собственных корыстных целей. Он дрессировал её как цирковую лошадку, заставляя беспрекословно подчиняться его воле, мечтая как можно выгоднее выдать замуж, заключив очередной политический союз. Увы, кронпринц, лакомый кусочек, женился всего за месяц до появления Айрин при дворе — ещё одна жестокая насмешка коварной судьбы, разрушившая его планы.
Но теперь… Теперь все кардинально изменилось. Аромат покорности созданный Айрин пах не только властью и могуществом, но и безграничными возможностями. Сладковатый, дурманящий, с тонкими нотками железа, он превращал обычных людей в безвольных марионеток, послушно выполняющих любой его приказ. И самое главное — этот дьявольский аромат совершенно не действовал на тех, в чьих жилах текла кровь Брандтов, давая им неограниченное преимущество перед окружающими.
Гарет стоял у огромного арочного окна, сжимая в руке изящный флакон с бесценной, почти мифической жидкостью. Отражение в холодном стекле вторило ему, одаривая мир хищной, лишённой тепла улыбкой.
– Помочь Эйдену взойти на трон, – прошептал он одними губами, словно произнося древнее заклинание. – А потом…
Свет заходящего солнца, пробившись сквозь тяжёлые портьеры, скользнул по граням флакона, заставляя содержимое загадочно мерцать. Гарет представил, как пьянящий аромат, созданный руками его внучки, окутывает тронный зал, проникает в каждую щель, одурманивая сознание. Эрцгерцог Феллдриан, двор, надменная королевская свита — все они, словно марионетки, станут покорными, безвольными, готовыми беспрекословно подчиняться его воле.
– Я стану тенью, стоящей за троном, – его пальцы, побелевшие от напряжения, судорожно сжались в кулак. – Нет. Я стану самим троном, – промолвил он, словно одержимый безумной идеей.