— Тише, — прошептал Лиан, прижимая палец к его пересохшим губам, призывая к тишине. — Собирайте лордов. Но будьте предельно осторожны.
Один за другим представители аристократии пробуждались от своего кошмарного многомесячного сна, словно очнувшись от сильного гипноза. Графиня Лисса, не в силах сдержать ярость, с отчаянным рыком разрывала жемчужное ожерелье на своей изящной груди, выкрикивая в бреду: «Я… я целовала его сапоги! Это просто немыслимо!». Юный барон Элрик, словно безумный, яростно бился головой о холодную каменную стену, отчаянно выкрикивая имя своего отца, жестоко казнённого по подлому приказу графа Брандта. Лиан, стоя в тени, с нескрываемым удовлетворением наблюдал, как пробуждающаяся ненависть сплетает из них новое смертоносное оружие — гораздо более острое и опасное, чем любой искусно выкованный клинок.
Граф Гарет, погруженный в глубокие раздумья, восседал в высоком кресле, искусно вырезанном из черного, как вороново крыло, дерева, и внимательно изучал разложенную перед ним карту королевства, испещренную символами и пометками. На полированной поверхности стола, словно драгоценность, покоился хрустальный флакон, ограненный, как алмаз, — в нем плескалась последняя драгоценная капля «Аромата покорности», его коварного и смертоносного оружия.
— Ваша светлость! — в кабинет вихрем ворвался перепуганный насмерть слуга, с трудом переводя дыхание. — Лорды… они… восстали…
Мощный удар магической энергии, выпущенный умелой рукой, сбил беднягу с ног, не дав ему договорить. Граф Брандт, словно огромный хищник, медленно поднялся с кресла, зловещая тень от его фигуры, словно живая, змеёй поползла по стенам кабинета, поглощая последние лучи заходящего солнца.
— Найдите и приведите ко мне виновного, — ледяным голосом приказал он двум огромным статуям стражников, возвышавшимся по обе стороны от камина, чьи рубиновые глаза вспыхнули зловещим огнём. — Принесите его трепещущее сердце в серебряной шкатулке.
Западный квартал. 3:47 ночи.
Лиан, тяжело дыша, прислонился спиной к холодной, мокрой от сырости каменной стене, отчаянно пытаясь остановить кровь, хлещущую из глубокой раны на боку. Бездушные железные статуи, словно неумолимые адские гончие, настойчиво преследовали его по пятам, каждый их сокрушительный удар по древней кладке оставлял глубокие трещины, словно предвещая скорое разрушение всего замка. Капитан, превозмогая боль, слабо улыбнулся, стирая тыльной стороной ладони багровую кровь, сочившуюся из рассечённой губы: «Именно сюда, в самое сердце моего плана, я тебя и веду, старый ублюдок…»
Зловещее рычание троллей, донесшееся из-за поворота, возвестило о прибытии графа, охваченного яростью. Брандт, словно демон, возник над мостовой, паря на клубящейся черной туче, а его длинные костлявые пальцы зловеще искрились ядовито-зелеными разрядами молний, готовыми в любой момент обрушиться на врагов.
— Бастард! — прогремел он, его усиленный магией голос эхом отразился от стен. — Ты всерьёз полагал, что…
Свист стремительно летящей стрелы, словно разорвавший тишину, оборвал его гневную речь на полуслове. Граф, словно подкошенный, рухнул на заснеженную мостовую, сраженный насмерть серебряным наконечником, украшенным фамильным гербом дома Орландов. Из темной тени арки, словно призраки, восстали лорды — два десятка аристократов в разорванных мантиях и плащах, вооруженных фамильными мечами, извлеченными из пыльных склепов.
— Не трогайте его! — Лиан, превозмогая слабость, едва успел броситься вперёд, чтобы остановить неминуемую расправу. Но было слишком поздно: разряд молнии, сорвавшийся с пальцев обезумевшего от ярости Брандта, ударил его прямо в грудь, опалив закалённую в боях броню и плоть под ней. Боль была невыносимой, ослепляющей, всепоглощающей — в этот миг капитану показалось, что он отчётливо видит лицо своей давно умершей матери, и слышит звонкий смех Айрин, зовущей его по имени…
Когда к нему сквозь пелену боли и забвения вернулось сознание, графа уже заковали в прочные цепи, выкованные из лунной стали, надёжно блокирующей любую магию. Лиан с трудом приподнялся на локте и попытался встать на ноги, но непослушное тело отказывалось повиноваться. Горячая кровь обильно сочилась сквозь тугую повязку на боку, окрашивая мостовую в зловещий багровый цвет.
Дом Найтфолла