— Его-о-о-ор, дава-а-ай!
Егор бежал со всех ног к кегле, которую нужно было оббежать и вернуться к своей команде. Вокруг него разлетался песок, но мальчику было все равно. Он бежал четко к своей цели, а крики его максимально подбадривали.
— МА-А-АКС! ТАЩИ!
Поддержка первого отряда тоже не осталась в стороне. Самые старшие лагерные дети подпрыгивали и кричали парню, явно намеревавшемуся обойти Егора и забрать их команде первое место. У Егора были другие мысли на этот счёт и он прибавил ходу. На стороне Макса были его большие ступни и длинные ноги, на стороне Егора была природная скорость и страсть к победе. Отряды поддерживали своих спортсменов как могли, а победил…
— Не расстраивайся ты так, — Костя хлопнул Егора по плечу. Тот закатил глаза и, шагая на «отвали», размахивая руками, прицокнул языком.
— Ты не понимаешь! Я был так близок к этой победе, я хотел это сделать. Я был готов. Всего две десятых секунды и они стали первыми! Я этому Максу задницу надеру.
Да уж, Костя не понимает. Но, судя по расстройству Егора, он никогда не расскажет ему о том, что выполнил первый спортивный разряд по лёгкой атлетике.
— Макс выше тебя на две головы и шире. Ты уверен, что надерешь?
Ответом были пыхтения. Наверное, ему стоило поддержать соседа и быть более снисходительным, но слова образовывались сами собой. С другой стороны, а почему они обязаны быть друзьями?! Костя все никак не мог понять, почему подсознательно уже считает Егора «своим».
— Ну, хочешь я тебе булочку свою с паужина отдам? — вырвалось вдруг из Кости. Егор встал на месте. Резко обернулся на соседа. Его губы, до этого сложенные в дугу вниз, преобразились в широкую улыбку. Мальчик подошёл к Косте, закинул руку ему на плечо и на манер объевшегося кота промурлыкал:
— С этого нужно было начинать, друг.
Когда они подходили к своей комнате, Егор все еще доедал вторую булочку, как её назвал Костя, утешительную. Первый день в лагере прошел довольно продуктивно и легко. Без уймы новых знакомств, конечно, но Костя их и не ожидал. После такого дня хотелось только одного — спать. И он непременно собирался это сделать.
— О, Кость, — Егор, едва дожевав свою булочку, присел на уши, — Что за книга у тебя?
— Книга? — мальчик покрутил головой, — Я не брал никаких книг.
— Как это? — он поднялся с кровати и босыми ногами прошёл к прикроватной тумбочке Кости, — А это?
В руке у Егора и вправду была книга. Старая на вид, даже старее, чем весь этот лагерь. Коричневая обложка без надписей была потрепана временем и подпалена с нескольких сторон, а небольшая фигурка головы льва еле держалась в центре и чудом не отваливалась. Она была небольшой, меньше стандартной книги, и спокойно могла поместиться в среднестатистическую женскую сумочку.
— Это не моя, — покачал головой Костя, увидев в ответ удивление Егора.
— И не моя. А чья тогда?
Они вместе уставились на книжицу. Вряд ли такое кто-то бы стал привозить с собой из города, книга могла или развалиться по дороге, или прекратить свое существование из-за соседей по комнате. Такие вещи обычно лежат у бабушки в шкафу, где их запрещено трогать.
— Ну, если мы посмотрим, ничего ведь страшного? — Костя протянул руку к книге, беря её и осторожно открывая. Было страшно повредить и без того хрупкий антиквариат. Шершавые плотные страницы комфортно ощущались пальцами. Они были не белые, слегка желто-коричневые, тоже изменившиеся от времени. Костю даже пробрало, по телу пошли мурашки, он явно прикасался к чему-то сокровенному и со своей историей. Тяжелый вздох и он открыл книгу на случайной странице.
Сначала ему показалось, что она пустая. Но затем, когда он пару раз быстро моргнул, в глаза бросился текст. На русском, явно понятном языке, черными, выцветшими чернилами.
«…Акери. Живут высоко в горах, спускаются ночью…»
Ужасающие картинки, пробирающие до дрожи. Костя скорее перевернул страницу.
«Дриады… нимфы, обитающие в рощах».
Костя перелистнул в самое начало, желая посмотреть хотя бы на название этой книги, богатой и ужастиками, и рисунками оголенных женских тел.
«Бестиарий»
И ниже, написано от руки.
Тому, кто истину познать готов, откроется лишь часть. Тому, кто смело рвется в бой, откроется вторая. Конец открыт лишь тем, кто прошлое отпустить готов. А соберет их всех тот, в чьих жилах есть священна кровь.
— Мне дай почитать! У тебя такое лицо, словно там предсказания на будущее! — Егор пихнул его в сторону, садясь на кровать и утыкаясь своим носом в книгу.