Нет, ну «Целостность» я сварить успел. И раздал, все пять флаконов, что у меня получились. Сам я таким пользоваться точно не буду, теперь твердо уверенный в том, что каждый слой закалю до ста. Потому что эти цифры…
Ци: 37/225. Слои: Регенерация плоти (C, 54%), Фантомное отражение (B, 9%).
Отражение росло на удивление быстро, а ведь ни одну тварь я так и не убил. Зато тренировался и алхимичил постоянно, и полный резерв у меня был разве что с утра. Если ничего не делать, то полностью Ци восстанавливалась часов за шесть, так что можете представить, какие объемы энергии через меня постоянно пролетали. Сайрус подробно рассказал, что у него со слоем («все нормально, работает»), и я твердо решил по возможности добить реген, слив его с аналогичным слоем. И молиться, чтобы по закону подлости не попалось какого-нибудь офигенного ядра раньше времени, а то ж я себе все локти искусаю. Всё-таки с силой воли у меня было всё в порядке. Вроде бы…
Получив по «целостности», наши дверные сторожа стали частенько захаживать в лавку в свободное время — делились новостями, либо помогали мне и Корну с разделкой туш. Рынок был буквально завален дешевой монстрятиной, и главное было правильно всё обработать, пока она не испортилась. Их десятник тоже получил «целостность», как и парень со светлым хвостом и шрамами на подбородке — поэтому никаких вопросов к нашей двоице не было, занимались общественно важными делами.
А еще за эти дни мастер Корн открылся для меня с новой стороны. Несмотря на постоянные разговоры о деньгах, и о том, что собирается хорошенько заработать на зельях, старик почти всё отдавал воинам под запись, в долг, пока с ними не рассчитаются после сдачи трофеев в столице. И при этом мою долю мне исправно платил. В общем, у меня возникло стойкое ощущение, что старик только делал вид, что он такой жадный до денег, чтобы к нему на шею никто сесть не вздумал.
Так что, у меня уже скопилось целое состояние, двадцать один золотой, но руки не доходили его потратить. Всё время я был чем-то занят, либо работал, либо тренировался — дверные сторожа, Карим и Сторил, с видимым удовольствием вызвались помочь и в тренировках. Сайрус проводил много времени с женой, чаще объясняя парням, каким именно образом надо меня сегодня бить. А мне сказал, как эти удары отбивать. Кажется, моя регенерация здорово развязала руки его садизму, но, помня условия нашей сделки, я не ныл. Хотя правая рука после тренировок опухала так, что к вечеру я ею шевелил с трудом.
С выбором оружия была беда. Когда я спрашивал у Сайруса, что лучше — меч или копье, он всегда односложно отвечал, что меч, а все остальное это не оружие воина.
Я с ним был в корне не согласен — питал к копью некоторую слабость, как к своему первому оружию, но признавал очевидное преимущество меча при использовании Ци, что впрочем, судя по всему, было только из-за материала. Металлическое копье тоже проводит энергию будь здоров, но весит раз в десять больше.
На всякий случай, я решил посоветоваться и с беловолосым, уж кто-кто, а он точно разбирается в оружии. Звали его Дарен. Познакомились, когда отдавал ему «целостность». Он оказался нормальным мужиком, и довольно знающим. Сказал, был бы нормальный учитель — тогда не важно, какое оружие, особенно, если с нуля начинаешь — главное чтобы оно было качественным. Вот только в городе нормальное оружие на продажу сейчас искать бесполезно, не осталось. Да и на заказ не сделаешь, поскольку местные кузнецы максимум подковы да гвозди ковали, из-за отсутствия рядом нормальной руды. А ближайший караван с качественной сталью будет неизвестно когда.
Еще добавил, что в их арсенале можно что-то найти, но оттуда он выдать мне его не может, даже для тренировки. Всё-таки с правилами у них тут строго — хочешь меч и доспехи нахаляву, записывайся в городские войска и работай на благо города.
Со всей этой суматохой можно было и вовсе забыть, что мы на осадном положении, но на стену я поднимался регулярно. Иногда с Сайрусом — мы стали всё чаще проводить тренировки именно на стене. На это было две причины. Во-первых, он указывал мне на каких-то конкретных тварей и делился опытом их эффективного убийства. А во-вторых, на стене можно было дышать. А вот в городе дышалось уже с трудом.
Моему возмущению не было предела — некогда чистый город теперь был завален телегами, полными смрадными грудами неразделанных туш. Горы гниющей плоти вызывали во мне ассоциации со средневековыми эпидемиями черной оспы, тифа, холеры и прочей чумы. Но местные совершенно не парились по этому поводу. Корн, когда я его об этом спросил, объяснил мне, что для столицы даже стухшие твари — это ценный товар, особенно когда лежат такой кучей. Вся Ци из тела концентрируется в костях, и чем дольше они так будут лежать, тем более крутыми станут кости, и очередная школа отвалит кучу денег за них, чтобы построить тренировочные залы. Воняет — да, но деньги, как известно, не пахнут…