— Слушаю, — сухо ответил он, даже не двигаясь с порога.
— Вы знаете, что это такое? — Показал я ему своё запястье.
— Проходи, — всё-таки пропустил меня он.
— Поднимайтесь, — раздался голос Сайруса сверху. Ого, я в первый раз сам его нашел! Не его искал, правда, но сам факт.
Эльма все еще была в постели, но уже сидела, опершись спиной на гору подушек, и крутила в руках навершие посоха Короля Обезьян, а Сайрус с умиротворенным видом сидел рядом с ней.
Когда мы поднялись, я повторил свой вопрос, и Тагрис с Эльмой переглянулись. Кажется, они и без меня это обсуждали.
— Понимаешь, — начал Тагрис, — это что-то невозможное. Не может Воин Ци поглощать ману. Даже я не мог ничего с ней сделать, потому что это чужая мана, и если усвоить столько за раз, я и сам бы погиб. А ты забрал, и с таким темпом, что мне даже страшно стало, что ты разрушишь контур.
Три знакомых мага, и все трое говорят только то, что это невозможно. Просто прелестно.
— Ци и мана отталкиваются. Я бы поняла, если бы ты разорвал контур, но нет. Ты работал с маной, и это объяснить я не могу никак. — Мягким голосом произнесла Эльма — Откуда у тебя это?
— Понятия не имею, — буркнул я, и вспомнил памятник, на который пялился старик. — А как же «Единение Путей»? У вас прямо посреди города памятник, который говорит, что это возможно.
— Это памятник о мечте, Рэй, — сказала Эльма. — Его воздвигли много тысяч лет назад, запитали одно кольцо Ци, а другое маной. Архитекторы были те еще чудаки, и мечтали о невозможном.
— Памятник о мечте?.. — не понял я.
— Все знают, что невозможно использовать и Ци и ману. Архитекторы считали, что есть точка баланса, где они перестанут отталкиваться. Поэтому есть всего одно место, с которого кольцо идеально совмещаются. Но за много тысяч лет эту точку никто так и не нашёл. Памятник мечте.
Стало немного понятнее, но всё равно, слишком странно. Из раздумий вырвал голос Тагриса.
— Я посмотрю татуировку, если ты не против?
— Только давай без маны. Она ужасно чесалась пару дней, после того случая, — протянул я ему руку.
Тот взял её, провёл пальцами по татуировке и, положив их сверху, закрыл глаза. Я почувствовал нарастающий зуд, и хотел уже на него зарычать — просил же без маны! Но он уже отодвинулся.
— Ничего не понимаю… — бормотал он, — Тут пространственный карман, как на кольцах.
Кольца-инвентари? Они всё-таки тут есть⁈
Вслед за ним руку попросила и Эльма, глаза которой зажглись нездоровым любопытством. Еще одна порция щекотки.
— Кто-то сделал из тебя артефакт. Из живого человека… — констатировала Эльма, отпуская руку, — Это звучит еще нереалистичнее, чем воин Ци, орудующий маной. Кто это сделал? Такое не могло пройти незаметно.
В голове мелькнула мысль. Я же попал сюда из другого мира, может это какой-то отпечаток? Но не рассказывать же им, блин, что я жил в другом мире, прошёл игру, а потом очнулся здесь? Меня в лучшем случае сочтут психом, а в худшем… Участь лабораторной крысы меня не прельщала совершенно. Если я — какое-то уникальное явление в этом мире, то всегда могут найтись люди, желающие это явление изучить, не особо считаясь с моим мнением на этот счет. А о здешних силовых структурах я пока имел весьма смутные представления, но достаточные, чтобы не хотеть с ними сталкиваться. Так что, чем меньше скажу — тем безопаснее. Эльму я не опасался, а вот Тагрис… Если ему будет выгодно — точно сдаст. Но расспросить их самих всё-таки не помешает.
— Я не помню. Очнулся на улице, уже с этим. — И правду сказал и ничего лишнего. — Но если это пространственный артефакт, то я, получается, могу им управлять? Складывать туда предметы?
Такая возможность открывала бы очень интересные перспективы. Любая хрень на все случаи жизни — всегда под рукой. Удобно.
— Теоретически…Если знаешь ключ, то можешь, по сути… — потер лоб Тагрис. — Я могу собрать большую диагностическую печать, чтобы разобраться в структуре. Понадобится ингридиентов на десять золотых и неделя времени. Можно без задатка, и я редко работаю по себестоимости, так что, цени.
Ага. По-любому, ему любопытно так, что зубы сводит, и это я оказываю ему услугу, давая изучить такую штуку.
Можно было начать торговаться и спорить, но настроения не было совсем. Если это действительно будет мой карманный инвентарь, и получится сделать так, чтобы он не чесался, будет здорово. Хотя, от десяти золотых моя персональная жаба квакнула, напоминая о себе. Будем надеяться, оно того стоит.
— Пойдем, Рэй. Голова от ваших разговоров пухнет. Пора потренироваться.