Острая боль пронзила левую ногу чуть выше пятки. Я взвыл, споткнулся, но удержался на ногах. Один из кротов успел вцепиться мне в ногу, его зубы пропороли дешевую ткань штанов и впились в плоть. Я ударил дубинкой вниз, раз, другой, третий, до тех пор, пока тварь не разжала челюсти. Нога горела огнем, каждый шаг отдавался болью, но я продолжал бежать, хромая, оставляя за собой кровавый след. Передо мной вновь вылезла пара сейсмохищников.
Сменив направление, я начал резко подниматься вверх по склону. В низине, казалось, эти твари были везде.
С раненой ногой лезть было сложно, поэтому я изо всех сил помогал себе руками, цепляясь за ветки, корни, землю, камни и вообще за все, что попадалось по пути.
Выбравшись из оврага, и с трудом отдышавшись, посмотрел назад. Кажется, погони не было. Но стоило мне выдохнуть, как вновь раздался грохот. На этот раз куда громче и прямо за моей спиной. Ба-бах! Бах!
Судя по треску, источник грохота было сломанное дерево. А потом что-то глухо упало.
В овраге бледные комки кротов вылезали то тут, то там, в поисках того, кто их тревожит. Сейсмохищники были везде, кроме того направления, откуда раздавался грохот.
Я медленно, очень медленно перевел дух. Идти вперед опасно, там что-то большое и непонятное ломало деревья. Но возвращаться назад, через территорию, кишащую сейсмохищниками было прямым самоубийством.
Я постоял немного и решил двигаться в сторону грохота.
Где-то через пятьдесят метров кусты расступились, и я увидел его.
Тролль. Огромная, покрытая грубой серой кожей туша лежала на боку, подмяв под себя молодые деревца. Ростом он был метра три, не меньше. Мощные руки с толстыми, как сардельки, пальцами и огромными когтями, маленькая голова, вдавленная в плечи. Он был мертв. Голова разворочена, словно кто-то взорвал его затылок.
Я замер. Тролль — это как минимум D-ранг, хотя этот выглядит уж очень большим. Может, даже C… Опасный, живучий, сильный монстр.
Что он делал так близко к городу? В игре такие твари встречались нечасто, и они проявляли зачатки разума, стараясь держаться как можно дальше от поселений.
Неужели Катастрофа подошла так близко, что даже такие монстры начали мигрировать?
Я уже развернулся чтобы уйти,но взгляд зацепился за что-то рядом с тушей. В метре от груди тролля, в воздухе висел полупрозрачный шар, пульсирующий мягким, густым, медовым светом. Зерно. И оно было огромным, раза в три больше того, что выпало из крысы.
За тушей тролля его было плохо видно, и я начал обходить место по широкой дуге.
Тишина. Огляделся. Никого. Тот, кто убил тролля, ушел. Или не заметил выпавшее зерно. Или ему оно было не нужно.
Я подошёл ближе, стараясь не смотреть на развороченную грудь монстра, и сосредоточился на шаре. Перед глазами всплыл знакомый зеленый текст.
Зерно лесного тролля-вожака.
Ранг: C.
Тип: Регенерация плоти.
Пассивная способность: ускоренное заживление ран, повышенная живучесть.
Скрытое свойство: неизвестно (требуется 99% закалка).
Энергия Ци 40/400
Я перечитал. Регенерация… Танковый тип. Живучесть, восстановление, способность держать урон. С одной стороны — сильная способность. С другой — её могли заменить зелья. Много дорогих зелий. Что хуже всего, полная противоположность тому, что я всегда строил.
В игре мой билд был отточен тысячами неудачных попыток. Я нашел «баг», а может, и задумку. Комбинация из девяти слоев на скорость атаки и оглушение давали возможность убить почти любого босса и моба не выпуская его из контроля. Таким образом я и прошел игру. Звучит легко, но по факту слишком много звезд должно совпасть — цена девяти слоев в том, что нет права на ошибку.
И вот брать такое зерно, с регенерацией, было ошибкой. В рамках моего идеального билда ошибкой. Потому что каждый слой должен синергировать с другими. Два похожих эффекта в этой игре перемножались, а не складывались. И поменять один слой — навсегда загубить синергию и понизить финальную силу на порядок.
Монстров после катастрофы всегда было в избытке. Танки не умеют уничтожать цель быстро, а значит обречены стягивать на себя новых и новых врагов. Поэтому, пару сотен раз попробовав, я перестал играть за танка. И совсем перестал брать защитные слои. Они были бесполезны в долгой перспективе — против орды не выстоишь, как ни лечись.
Я прикусил губу, чувствуя, как внутри всё сжимается. Я всё ещё считал в уме, как считал семь лет: синергии, проценты, эндгейм. Только вот работало это всё через сто лет после того, как здесь всё начнёт гореть. Мой идеальный билд был идеален для мира, в котором я не живу.