А в то же время, когда двое сильнейших людей деревни обсуждали очень важную для их острова тему, сам Хати углубился в лес. Специально на такое расстояние, чтобы ни жители деревни, ни находящиеся близко к границе острова звери его не услышали, и просто поднялся в небо. А там, благодаря своим прыжкам, которые позволяли отскакивать уже не на пятьдесят, а на семьдесят метров, он быстро добрался прямо до того самого места, где в прошлый раз велась битва. По одной разрушенной местности легко было вычислить это место, а потому только приземлившись, он какое-то время просто ждал и оглядывался.
Первое для того, чтобы позволить животным прибежать на шум, а второе чтобы попытаться найти орущих ящериц. И словно в помощь, он получил два в одном. На звук прибежали не только звери, но и сами ящерицы с раздутыми шеями, которые только завидев человека, сразу же завизжали. И прямо как несколько дней назад, сразу же стали сбегать звери, вместе с тем самым единственным «титаном», который мог услышать этот зов.
- На этот раз без меча, копье только на экстренный случай, - Закрепив оружие на спине, Хати размял свои кулаки, и сразу приготовился сражаться и развиваться как раз в том направлении, в котором он спец. Только первого же зверя, который с бешенством напрыгнул на него, он встретил блоком, а не ударом. Отвечать по крайней мере без особой надобности он не собирался, целясь на пробуждении в себе способностей к укреплению.
И в принципе, уже через несколько десятков секунд, когда зверья прибежало столько, что его стало зажимать со всех сторон, опасность практически достигла пика. Но лишь когда на арену снова ворвался тот же самый слон, со шрамом от «рыбьего меча» на своем хоботе, в Хати пробудился адреналин. Точнее, достаточно было заблокировать руками лишь один единственный удар бивнями, чтобы его пробудить, и оказать на себя такое давление, что без какого-либо прогресса держаться дальше он явно бы не смог.
Но все же только и продолжая защищаться, Хати делал самый основной упор на две защитные техники, в качестве третьей используя только быстрый стиль, чтобы отбивать абсолютно все атаки. И под давлением бивней, каждый из которых чуть ли ломал кости, Хати просто не мог оставлять мастерство Отражающего стиля на прежнем уровне. Хоть он и нацелился на раскрытии Тэккая, обе защитные техники стали насильно развиваться под упорным мышлением Хатимана.
И как раз Отражающий стиль, который ранее не показывал ожидаемых результатов, всего на двадцатый удар бивнем резко продемонстрировал скачок. Вместо того, чтобы позволить слегка соскользить удару, как получалось ранее, мощная атака вовсе…отразилась прямо в обратную сторону. Голову слона хоть и не сильно, но дернуло назад, хотя и сам его удар все же успешно прошел, заставив кости на руках Хатимана скрипеть. Но при всем этом…
- Отражение. Возможность отправлять атаки прямо обратно в противника, наконец хоть что-то показала? – Резко сместив взгляд в сторону, Хати посмотрел на летящий в него шип, и прямо как секунду назад он отбил атаку бивнем, он резко перенаправил быстро летящий объект строго обратно в креветку, воткнув ее собственный шип ей же в тело, - Возможности для контроля сразу же подскочили… - Глубоко вздохнув, Хати одновременно отражая атаки слабых зверей, уставился на слона сияющим взглядом, - Ты намного…намного полезнее, чем я думал изначально.
А учитывая, что энергии, как и выносливости было завались, Хати даже с больными конечностями был готов сражаться аж до самой ночи. И специально прыгнув как раз в сторону слова, он стал не только отступать, но и специально стараться давить, чтобы получать как можно больше ударов от отшатывающегося слона.
Только, даже сам зверь не играл в одну игру на протяжении нескольких часов. Видя, что бивни, как и хобот оказывает уже не настолько катастрофическое влияние, как и в начале, он просто положился на свое самое сильное оружие. Вес, благодаря которому своими огромными лапами мог свести любые попытки Хати защититься, на нет.
Только хоть это и была действительно мощная атака, Хати от нее вовсе не убегал, и специально подставлял себя хоть к краюшку лапы, чтобы прочувствовать такое давление, которое он не ощущал ни от камней, ни от каких-либо зверей. Прогресс от такого достигался уже не через пару часов, а всего за десятки минут.
И хоть руки стали буквально синеть на глазах, а вместе с ними был крайне высок риск и для перелома, Хати все продолжал. И все из-за того, что боли он никакой не чувствовал. Техники же благодаря такому давлению, стали буквально преодолевать свои барьеры прямо на глазах. Все два защитных стиля, как и остальные атакующие, которые он подмешивал в свои движения, чтобы делать их сильнее, преодолели такой уровень мастерства, что Хати уже сам понимал, что в точности способен повторить техники, практически из конца фолиантов.