— Нет, что ты, там все добродушные.
— Ох, смотри, там не всё так радужно, как видится на первый взгляд. Осторожность не помешает.
— Аэлита, натолкнула меня на мысль…
Неожиданно я пожалела, что завела этот разговор. Сижу и не знаю, как поступить — сказать, или промолчать.
— Не бойся, говори, со мной ты можешь быть откровенной.
— Ну, может, нас используют. Слушателей готовят, а потом подселяют к ним духов, — несмело предположила я.
— Нет, конечно, — широко раскрыв глаза, уверенно отвергла моё предположение Елена. — Мы свободные люди. Я жила в магическом мире, и никто никогда не посягал на моё тело. И теперь, я свободная ведьма.
— Ты ведьма и ты не при деле.
— Мои однокурсники без проблем растворились в толпе и все, как один живы, здоровы и никаких духов с подселением.
Значит, я одна такая «везучая». В прочем, всё, как обычно, как и раньше мне досталась самая сложная судьба.
— Но ведь Академия меняет человека, как они потом выживают в людском обществе? Я недолго обучаюсь, но мне уже трудно справляться с реальностью.
— Иные сидят тихонечко и не высовываются, «колдуют» себе в удовольствие, а другие открыто заявляют о своих способностях и несут «счастье» в народные массы.
— А я не стану возвращаться к людям, хочу продолжить обучение, а потом останусь в Академии. И если мне повезёт, я доберусь до простейших.
— Нереальные планы строишь, — сказала Елена. — Не советую тебе соваться в пустыню, тем более не советую объявлять войну простейшим. Засиделась я с тобой, — неожиданно вскочила Елена. — Все эти разговоры пустая трата времени. Никому не дано одержать победу над простейшими. Как они вершили судьбы, так и будут их вершить до скончания веков.
— А, как же Высшие силы? Разве они не устраивают проверки?
— Они делают вид, что не замечают нарушения, ведь есть дела важнее.
— Важнее человеческой судьбы?
— Что есть одна судьба? Всё, не удерживай меня, не останусь. Фабий, наверное, уже с ума сходит. Чувствую, что он уже дома и ждёт меня. Кстати, Климент тоже уже на подступах.
Я проводила подругу ведьму и ещё долго думала над нашим разговором. Нет, я не стану отсиживаться в сторонке. Вот только обрету силу, и тогда меня уже никто не удержит. Даже Климент. Кстати, он поднимается по ступенькам и через пару минут постучит в дверь. Я почувствовала его. Нет, я не почувствовала я увидела его и это даёт мне право думать, что магические способности крепнут во мне, обретая силу.
Не только радости
Сегодня Мастер решил преподать мне урок истории. Ладно, пусть поделится знаниями, всё равно ночь вместе коротать. Одна я ни за что в доме не останусь.
— Люди жили общинами и были счастливы вполне, делясь всем, что имели, потому что знали, что все они от одной плоти, от одной матери и имя ей Природа.
— Так говоришь, как будто лекцию читаешь, — захихикала я.
— Может, хоть попытаешься вникнуть в суть? — пожурил меня Мастер. Я успокоилась и приготовилась внимательно слушать Климента. — Современный человек, о чём думает? Что его тревожит? К чему он стремиться?
— Всё это понятно, — согласилась я. — Но если бы Высшие силы применяли равное внимание к людям, всё могло развиваться иначе. Вмешательство извне повлияло на общее развитие человечества. Кому досталась удачливая судьба, стали получать всё, а другие оставались ни с чем. Ну, и кто виноват, по-твоему?
— Да, Высший разум оказал своё влияние, но никто и предположить не мог, во что это выльется. Оглянись вокруг — разруха, вражда, голод, ненависть, вот, в какой обстановке живёт современный человек. Увлекательное шоу, должен заметить.
— Шоу? Ты шутишь? А простейшие со своей неприязнью к ведьмам, тоже шоу по-твоему?
— Конечно, простейшие с интересом наблюдают, внося свою лепту во всеобщую разруху, и ждут, во что выльется всеобщий хаос.
Если Климент так презрительно отзывается о людском обществе, зачем пытается помочь нам? Значит, жизни людские для них ничего не значат? Тогда зачем всё это?
— Я тоже «шоу» для тебя? Пока Высшие силы решают важные дела, вы заключаете пари, на счёт нас? Наблюдаете за нами с презрением и радуетесь, если человеку не удалось справиться с превратностями судьбы.
Климент тяжело вздохнул и устремил на меня колкий взгляд. Я разозлила Мастера, впервые и теперь не знаю, чего мне ждать. Ах, будь, что будет, Климент сам начал этот разговор. Я хоть и не люблю людской род, но отзываться нелестно о них никому не позволю. Человек не виноват — он не понимает, кто он, откуда и куда ему стремиться. Всё смешалось в один мировой ком, и хаос завладел миром. Кто виноват, что единственная цель, которую преследует человек — личное благосостояние. Мы сами пришли к этому, потому что других целей и стремлений во внешнем мире быть не может: человек должен «выживать», вместо простого «жить».