Теперь по текущей ситуации. Кто-то один или в группе, проник в базу, и каким-то образом смог привести в действие механизм закрытия ворот. Следуя инструкции, дежурный сразу включил осушение и продувку нижних уровней, и вызвал штурмовую группу к воротам с пятого уровня на четвёртый. — Адмирал сел.
— То есть мы понятия не имеем кто и что туда пролезло, и вообще с какими целями? — Уточнил начальник гидрологической и навигационной службы Тихоокеанского флота контр-адмирал Грабарь.
— Идут повальные проверки всех деятелей кто возил туда туристов на экскурсии. — Ответил начальник разведки флота вице-адмирал Никитин. — Их вообще-то немного, и я думаю результат скоро будет.
Рудика Шепитько, взяли в казино, где он проигрывал полученные за голову Кирилла сто тысяч. Агенты, посланные на зачистку Рудика, свалили в темноту, а его самого повезли в неприметный особнячок, где, не особенно утруждаясь выбили из него все подробности утренней экскурсии.
Его подруга была чуть умнее, и её прихватили при посадке в самолёт летевший в Китай. Но и она недолго запиналась, а увидев старшего прапорщика Мамочкина в рваной тельняшке, и с окровавленными руками, каждая из которых была толщиной в ногу обычного мужчины, сразу описалась и взахлёб стала делиться всем что знала.
Радиомеханик Мамочкин, очень не любил изображать тупого громилу, но начальство в очередной раз сказало «Надо!» и он хмурил кустистые брови, сгибал в дугу арматуру десятку, и чесал промежность, буравя подследственную взглядом, а та, что ещё час назад считала себя королевой и звездой, мучительно вжималась в спинку стального стула, непрерывно рассказывая вообще всё что знала, включая школьные знания по географии.
Совещание комсостава флота всё ещё шло, когда в зал вошёл адъютант начальника разведки, положил перед ним листок и сразу же вышел.
— Так, мы определились с главным актором. — Вице-адмирал тяжело вздохнул. — И это, пожалуй, худший из всех вариантов. Это известный многим Кирилл Смирнов. Некий гражданин Шепитько принял заказ на убийство Смирнова, и заманив его на подводную экскурсию, закрыл в помещении кафе на втором уровне. Кстати, это не первый заказ такого рода у Шепитько, так что у него до сих пор была гм… безупречная репутация.
— Смирнов? — У зам командующего флотом поднялись брови. — Ну пацан же ещё. что он сможет сделать против двух десятков высокоуровневых умертвий?
Восстановившись, Кирилл поправил маску надетую для сбережения глаз, и осторожно двинулся по коридору. Выскочившего на него упыря, он рассёк от бедра до плеча в результате чего тот помер уже окончательно.
Твари попадались разные, но самой сильной оказалась небольшая вроде мертвячка, ранее явно бывшая женщиной весьма хрупких пропорций. Тварь была без рук, но с веником щупалец из плеч. Двигалась она так быстро, что Кирилл несколько раз промахивался и был вынужден войти в ближний бой, наполучав от её тонких отростков, огромное количество порезов и дырок.
Так что наконец убив тварь, он заполз в ближайшее помещение, и закрыв за собой дверь, часа три медитировал восстанавливаясь. Организм уже сожрал невеликие запасы жировых клеток, и повторные бои с таким результатом сильно беспокоили Кирилла. Подводная маска, надетая для защиты глаз, уже ни на что не годилась, и пришлось её бросить, хотя и жалко такую замечательную штуку.
К его удаче такие страхолюдины больше не встретились пока он не добрался до монументальной стальной двери толщиной в полметра, заклиненной в открытом состоянии пожарным багром.
Кирилл прошёл мимо контрольно-пропускного пункта в лабораторию, и двинулся вдоль распахнутых дверей, за которыми виднелось сложное оборудование. Какие-то ванны с крышками, химические установки и везде приборы, многие из которых почему-то были включены.
Пройдя ещё дальше обнаружил полностью работающую лабораторию, где гудели насосы, шуршали магнитые мешалки, по трубкам двигались жидкости и светились горелки. Он, какое-то время постоял осознавая этот факт.
Выходило, что все эти годы, кто-то либо жил здесь, либо посещал лабораторию, поддерживая жизнь в установках и продолжая исследования.
А приоткрыв дверь в кабинет руководителя лаборатории, понял кто именно всем этим занимался. Бугристое нечто, отдалённо похожее на человека, только чудовищно распухшего, сидело в углу кабинета среди останков мебели, а сверху, на широких плечах находилась голова, выглядевшая вполне нормальной.
Лицо профессора, доктор наук Панкратова и одарённого девятой ступени, повернулось к Кириллу и что-то пророкотав, словно пулемёт выплюнуло изо рта очередь алых шаров, хлёстко бивших в стены кабинета, и взрывавшихся каплями жидкого огня.