Джавай Сингх.
Глава обширного клана Огневых, соединявших все семьи с аспектом «огонь», Виктор Игнатьевич Огнев, грузный широкоплечий мужчина с рыжей шевелюрой, усами и широкой бородой, одетый в серый официальный костюм с голубой рубашкой, сидел в кресле своего рабочего кабинета, целиком сделанного из жаропрочной стали, и негорючих материалов, в кресле из титана слушая доклад личного секретаря, и хмурился понимая, что всё вдруг пошло вкривь и вкось. Кирилл этот, которого они сначала попытались убить, а после откупились, сейчас стал фигурой совершенно неприкасаемой. По внутренним каналам с власть имущими, и каналам личным, его строго предупредили что любое посягательство на бывшего Ветрова, окончится плачевно не только для исполнителей и организаторов, но и для всех кто стоял рядом.
Но последние слухи, о повышении уровня резерва у тех, кто переспал с Ветровым, это уже совсем из ряда вон. Белоглазова говорят подскочила до двадцатого, а старая ведьма Фудзивара улетала довольная словно кошка, обожравшаяся рыбой. Про неё ничего не известно, но тоже видать слетала не даром. И вот теперь, две магистресс, из семьи Жаровых, пролезли к нему в койку.
— Ну что там дальше, Сергей Афанасьевич?
— Роста резерва не зафиксировано. — Ответил секретарь.
— Ну хоть тут всё ровно.
— Но точно установлено упрочнение энергоканалов и очистка организмов от эфиротоксинов.
— Ну так-то тоже совсем немало… — Протянул Огнев, глядя куда-то в пустоту.
— Ещё как! — Подтвердил Сергей Пожарский. — Эта проблема стоит у всех родов. Но к Смирнову так просто не подъехать. После случая с Белоглазовой, его Водяновы обхаживают со всех сторон, но всё глухо, хотя вроде всё просто. Не какую пакость ведь предлагаем? Чистых молодых девчонок, да не за просто так. Но и в руководстве не сильно-то хотят нашего с ним сближения. Держат суки как цепного пса, нам на страх. Так что, если вот только случайно, как сейчас. — Пожарский развёл руками.
— Да, неприятная история.
— А что собственно случилось? — Сергей Афанасьевич, сложил документы в папку, и закрыл её. — Жили же мы как-то до него? И после проживём. Кроме этой древней твари Белоглазовой, никто серьёзно не усилился, так что мы в равном положении.
Кирилл тоже так считал. Ночь, проведённая с близняшками, в исследовательских целях подтвердила его первоначальные прикидки, что если исключить влияние родственной стихии, то она никак не усиливает противоположный пол, хотя и не усиливается сама. Да, ему было не жалко усилить кого-то, но он понимал, что в случае установления чёткой связи между постельными утехами с ним и усилением магичек, за ним начнётся настоящая охота, а этого не хотелось категорически. В обществе, где фактически процветало многожёнство, пусть и не зафиксированное правовым порядком, но существовавшее явочно, некоторые мужчины могли иметь несколько семей, отлично уживавшихся между собой.
Конечно всё это оставалось справедливым лишь до уровня верхушки среднего класса. Ниже и до уровня социалов нижней границы, всё выглядело вполне привычно, а вот ещё ниже, всё менялось полярно. И не мужчина заводил несколько фактических жён, а женщина могла иметь прайд из нескольких мужчин, количество которых зависело от её привлекательности и харизмы.
Так что гендерные схватки в стране кипели нешуточные, сильно приперчивая общественный климат, и позволяя некоторым, особо безответственным гражданам, скользить по жизни срывая цветы наслаждения, несмотря на существенные налоги на бездетность после тридцати лет.
К третьему курсу, у большинства парней уже сформировалась своя «группа поддержки» в виде дам, надеющихся после окончания стать если не официальной женой, то как минимум «гражданской», права которой по отношению к официальной жене, если и были урезаны, то ненамного. Но только в случае появления потомства. А до этого она никто и звать никак. Поэтому древнее искусство «карапуз-цюань» расцветало буйным цветом. Советчицы разной степени, тренинги личностного роста «беременеем в первую неделю знакомства», всякие афродизиаки, духи с феромонами и даже гадалки с астроложицами, всё шло в дело.
В противовес этому, существовала целая индустрия противозачаточных амулетов и узоров, правда снижавших потенцию, и оттого применяемых в случае, когда у мужчины реально начинало сносить «крышу» от обилия охотно отдающихся дам. Во всех иных случаях, вживлялся специальный чип, который, правда, действовал ровно до момента тридцатилетия, и позже бесследно и без последствий растворялся в организме.
Но некоторые категории граждан получали такой чип бесплатно и бессрочно, чтобы предупредить появление детей, чьи болезни не поддавались генной коррекции.