Поэтому помощь Дмитрия архимагистресс, проходила по графе «нежданный джек-пот» и дамами оценен крайне благосклонно, особенно учитывая, что сейчас они могли жахнуть вполне на уровне архигранда, хотя и недолго.
Вроде всё хорошо, но произошло настолько сумбурно и хаотически, что Кирилл всё равно остался недоволен, как всегда, когда не он контролировал ситуацию, а она вела его.
«Вызов от Дмитрия Горелова».
— Принять.
— Привет! — Раздалось в ухе. Судя по голосу, Дима чувствовал себя прекрасно, и никаких метаний духа не испытывал.
— И тебе привет, дружище. — Кирилл лениво шевельнул ногами, нежась в потоках мелких пузырьков. — Чем занят?
— Девчонки мне нашли квартиру рядом с Медуниверситетом. Отличная квартира. Шесть комнат, но дорого. двести рублей в месяц. Хотя они говорят, что уже всё оплатили…
— Так, Дим. Я тебе сейчас переведу пять тысяч, и всё им отдай, и сам не жмись по тратам, сходи с ними по магазинам, переоденься. Да, они твои подруги, и всё такое, но нельзя позволять даме платить за себя. Они тебе не жёны, и у вас не единый кошелёк. И вроде бы, ну что там? Маги, перешагнувшие уровень арха, все миллионеры и более чем обеспечены. Но для собственного самочувствия лучше, чтобы ты в деньгах ни от кого из девочек не зависел. Они конечно надуются, будут тебе показывать, как недовольны и рассержены, но все примут эту реальность.
Разговаривая, Кирилл открыл банковское приложение, и сразу же перевёл абоненту деньги, подтвердив списание.
— Деньги пришли. — Дима вздохнул. — Спасибо Кир. У меня в этой части опыта совсем нет.
— Нормально, Дим. Не пружинься. Я, во-первых, тоже не обеднею, а во-вторых, сейчас поеду утрясать твоё присутствие в спецгруппе. А если я не ошибаюсь, там призовые будут такие что удивятся даже наши подруги. Мне за один бой в ущелье, перевели миллион наградных, а магам по пятьсот тысяч. Это же общая политика в СССР. Как сказал сам Ульянов, «Зрелище одного бедствующего героя, перечёркивает работу тысячи пропагандистов».
Кирилл ещё поплавал в пузырьках, оделся и уже через пятнадцать минут летел в сторону столицы, договариваясь о встрече с руководителем администрации Председателя Верховного Совета.
Ему следовало дооформить документы, связанные со службой и подписать договор, а также решить вопрос с Димой.
Как ни странно, но присутствие Горелова в составе спецгруппы утвердили, но только после того, как выслали именные запросы всем девчонкам и даже сидящему напротив Кириллу, и все подтвердили согласие, после чего Кирилл пролистал договор, и поскольку присутствовал лично, подписал соглашение рукой, а не цифровой подписью, и когда руководитель администрации вложил документ в сканер, у него сразу выскочило несколько сообщений, которые он смахнул, собираясь прочитать позже.
И только когда занял столик в кафе чтобы позавтракать, а заодно и пообедать, оценил изящество аппаратного манёвра, проделанного для создания их группы.
Приказом Председателя, являвшегося и Верховным главнокомандующим, создавался боевой стратегический резерв, а для организации его работы — техническая группа специалистов в составе четырёх магичек и одного студента, а Дмитрий шёл как стажёр — целитель Елены Белоглазовой. При этом Елене присваивался ранг действительного госсоветника третьего класса, что равнялось генерал-майору, девчонки магички получали государственного советника 1 класса, что равнялось полковнику, а Дмитрий так и оставался стажёром без регалий, что вполне понятно.
Кириллу в этой структуре определялся также ранг госсоветника 1 класса, но в должности заместителя командира группы. Оклады, тарифы и соцбаллы, он смахнул не читая, а вот обязанности прочитал крайне внимательно, но там всё оказалось стандартно-расплывчато. Работа по усилению обороноспособности страны, защита народного достояния и всё такое. То есть в реальности они могли заниматься всем от перевода старушек через дорогу, до ревизии промышленных комплексов и проверки войсковых частей.
И если раньше маги формировали собственные подразделения, в рамках частей магической поддержки, то вот так, оторвать от Круга четырёх неслабых мастеров и отправить в прямое подчинение аппарата Верховного Совета — происходило впервые, насколько знал Кирилл.