— Мы рады видеть вас в стенах этого дома, — проговорил настоятель, когда пристально осмотрел каждого, кто пришёл к нему на встречу.
— Не нравится мне всё это, — пробубнил еле слышно Сергей, но я смог его услышать. Не только ему было не по себе. Похоже, влияние первозданной энергии душ мог нормально переносить только я из новоприбывших. Остальные, включая Милу, постоянно озирались по сторонам и водили плечами.
— Как вы знаете, клириками, как и Стражами могут стать не только люди, обладающие магическим даром, но и другие, наделённые определёнными способностями. Это и делает наше учение уникальным и заставляет хранить это втайне. — Довольно серьёзно проговорил настоятель, поочерёдно глядя в глаза каждому.
— Вам наверняка мало что известно о клириках, поэтому немного поясню, — взял слово Моров. — Клирики и Стражи неразрывно связаны общим учением, и всегда помогают друг другу. Они отличаются от нас только в одном: их сил недостаточно, чтобы справиться с теми знаниями и задачами, которые стоят перед нами, — проговорил глава школы, глядя пристально на меня. — Клирик — это воин. Хорошо обученный и являющийся элитным бойцом. Большинство сильнейших Стражей, своё обучение начинали в качестве клириков.
— Мы здесь не для того, чтобы становиться никому не нужными клириками, — фыркнул недобитый нами аристократ. — Либо школа, либо нет. Я, как и моя семья, не допустит даже мысли, чтобы остаться здесь, если я, по какой-то непонятной причине, не смогу поступить в школу. — С какой-то злостью и призрением проговорил он. Морову такой ответ явно не понравился, точнее, такая формулировка. Это было видно по тому, как он едва заметно покачал головой и сложил за спиной руки. Видимо, это действительно отпрыск какой-то важной шишки, раз они так спокойно терпят его закидоны.
— Это ваше право, — сдержанно ответил настоятель. — Я вас, Олег Владимирович, больше не задерживаю. Пётр, проводи молодого господина на выход.
— И это всё? — вздёрнул брови Олег, непонимающе уставившись на отца Фёдора.
— Да, — коротко бросил он. — Тот, кто придерживается точно такой же точки зрения, могут последовать к выходу вместе с ними. Участие в отборе и испытаниях вы пройти сможете, но находиться на территории монастыря с этого момента нет. Отработку наказания это не отменяет. Работы вне стен монастыря вам найдут.
— Но мой отец… — уже как-то нерешительно пробормотал парень, быстро меняясь в лице. И куда делась его надменность? Я едва заметно поморщился. Нет, он точно не из верхушки общества. Правила поведения особенно в подобных местах при общении с такими людьми, как настоятель, мне вбивали в голову с трёх лет, когда я хоть немного стал себя осознавать. Да, он мог отказаться, но не в таком тоне. Ничего бы, конечно, не поменялось, но вот отношение к нему точно сформировалось бы иное.
— Мы оповестим его. Он прекрасно знает правила, и был о них предупреждён заранее, — отрезал отец Фёдор.
Наступила тишина. Судя по всему, не такой реакции ожидал дерзкий аристократ. Он взял себя в руки, вновь вернув на лицо маску пренебрежения к окружающим. Бросив надменный взгляд в сторону настоятеля, он громко фыркнул и направился в сторону выхода. Вместе с ним вышли две невзрачные девчонки, которые, судя по внешнему виду, были сёстрами. Я даже поймал себя на мысли, что не смог запомнить, как они выглядят: светлые волосы, бледная кожа, серого цвета глаза. Встреть их на улице, я прошёл бы мимо, даже не задержав на них взгляд.
— Я всё равно отбор не пройду, а так хоть клириком стану. Это своего рода достижение для всего моего рода, — ровно проговорил Сергей, делая шаг вперёд, говоря о том, что останется в монастыре, что бы ни случилось.
— Я уже сказала раньше, что буду либо Стражем, либо клириком, потому что другого пути у меня нет, — проговорила Мила, вставая рядом с оборотнем. Я, в свою очередь, просто сделал шаг вперёд, присоединяясь к своим товарищам.
Также молча к нам присоединился Алексей, а вот парень, которого я не знал, удалился вслед за остальными.
— Ну что ж, надеюсь, вы подумали хорошо над своим решением, потому назад дороги уже не будет, — проговорил настоятель. — На протяжении следующих трёх суток вы сможете изменить своё решение. После, когда вы будете приняты в ряды послушников, уйти отсюда будет проблематично, только после прохождения ритуала о неразглашении. Всё-таки мы не просто так бережём свои секреты от посторонних.