— Часть души Стража, запечатанная в кольце? — сразу же спросил я Павла, как только оказался один.
— Я об этом уже говорил, сразу, как только мы встретились, — пробурчал он недовольно. — И не часть, а малюсенькая частичка, поэтому вид полноценного человека я не смогу приобрести никогда в своей бессмертной жизни. Довольствуйся моим голосом и разумом, хотя лучше сказать голосу разума в моём лице, — закончил он свою речь и замолчал, не желая продолжать наш разговор.
Я только усмехнулся, начиная приводить себя в порядок. Царапин, оставленных крысами, было довольно много, и они никак не хотели затягиваться, продолжая немного кровить, как только прикасался к ним. Рана на боку от заклятия, направленного на меня змеем, тоже затягиваться не спешила. Наоборот, как мне показалось, ещё больше расползалась и покрывалась каким-то серо-зелёным струпом. Лечебные заклятия, направленные на меня Павлом, совершенно не работали, и все многочисленные раны не стремились под их действием заживать.
— Может, в лабиринте инфекцию какую подхватил? Древнюю, неизвестную на сегодняшний день медицинской науке, — задумчиво протянул Павел, когда очередной процесс лечения не завершился успехом. — Иди, наверное, в местный лазарет. Может, умные тёти и дяди в белых одеждах смогут разобраться в этой невидимой мной ни разу заразе. А то помрёшь ещё ненароком, Рубцов твой меня сразу себе заберёт, не верю я его холеной и надменной морде.
— Да, надо прогуляться, — кивнул я, натягивая футболку. Никакого дискомфорта и боли рана на боку не приносила. Как и общего недомогания я не чувствовал. Что было странно, учитывая, как безобразно она выглядела.
Однако не успел я прикоснуться к ручке двери, чтобы направиться в местную больничку, как раздался оглушительный вой сирены, а стены в комнате замерцали красным светом.
— Внимание! — мелодичный женский голос доносился, казалось, отовсюду. — Всем студентам немедленно покинуть здание Школы и собраться на телепортационной площадке. Ведётся эвакуация. Это не учебная тревога. Внимание…
— Что за…
Дверь, возле которой я стоял, резко распахнулась, и в комнату влетел Сергей. А после и Мила, обеспокоенно смотревшая на меня. По коридору, переглядываясь, спешили к выходу остальные студенты, проживающие на нашем этаже, лишь некоторые из них бросали на нас удивлённые взгляды. Затолкав меня вглубь комнаты, оборотень запер за собой дверь, спуская на пол не менее удивлённую жабу, которая вертела головой оглядываясь.
— Ты понимаешь, что происходит? — прямо спросила меня Милослава, закусив губу.
— Нет. Но, думаю, переговоры успехом не увенчались, и теперь здание стремится слиться с фундаментом, на котором оно стоит, — выдохнул я, отходя к окну.
Внешне во внутреннем дворе Школы ничего не изменилось. Даже защитная сеть заклятий, идущая вдоль стен, была неактивна. Студенты покидали пределы Школы, выходя через ворота. Потолок тоже вроде на голову не падал, да и стены не тряслись. На первый взгляд всё было спокойно.
— И что нам делать? — продолжала допытываться до меня Мила, будто я знал ответы на все вопросы. — Нам ждать наставника или идти вслед за остальными?
— Собирайтесь, — голос Лебедева вызвал у меня вздох облегчения. В комнату помимо него самого вошли Рубцов и Пронский. Если присутствию князя я не удивился, то наличие Рубцова в их компании вызвало некоторые вопросы.
— Что происходит? — повторил я вопрос Милы, который она задала мне некоторое время назад.
— Превентивная мера, — поморщился Лебедев. — Мстиславский сейчас пытается договориться с духом отца-основателя, но учитывая его мерзопакостный характер, переговоры вряд ли будут успешными.
— Отца-основателя или Мстиславского? — решил уточнить я.
— Обоих, — усмехнулся Лебедев. — Вам нужно уходить отдельно от остальных студентов, которых мы разместим на время в монастыре. Среди учеников вам будет небезопасно. До того времени, как мы не найдём всех причастных к заговору, в Школу никто не вернётся. Я знаю одно место, где нас никто не сможет найти. Там обоснуемся и продолжим тренировки. — Решительно проговорил он, выходя в центр комнаты.
— Что вы выяснили? — сложил я руки на груди, буровя учителя взглядом, всем видом, как надеялся, показывая, что не сдвинусь с места, пока нам ничего не расскажут. — Это всё из-за меня?
— Как ни странно, но нет, — взял слово Пронский. — Ты тут совершенно ни при чём. Булгакову нужен феникс, точнее, кровь феникса, чтобы активировать последнюю колонну на территории Империи.
— Именно поэтому они изолировали меня от вас, — проговорил Лебедев. — Те, на кого мы вышли, всего лишь низкоранговые Стражи, которые не знают, что такое Храм и что из себя представляет настоятель. Они разрушили официальный переход с этой стороны, чтобы вы не смогли выбраться оттуда самостоятельно. Сейчас всё больше будет появляться слабых магов, которых легко можно будет перекупить, пообещав всего лишь немного силы, — сжав кулаки, повернулся в сторону окна наставник, после чего взмахнул рукой и заглушил продолжающую заливаться громким воем сирену.