— Звучит подозрительно, — не мог я не согласиться с доводами Павла, продолжая пристально смотреть на девушку.
— Наверное, но я говорю правду, — сжала она губы.
— Почему ты ничего не рассказала остальным клирикам?
— Я говорила им. Про Агату. Но они даже слушать особо не стали. Только посмеялись. Можете спросить у вашего друга, с которым вы только что разговаривали.
— Ну, допустим. И где мне её найти?
— Обычно её можно найти на старой мельнице. Раньше она была в составе границ Империи, но потом воздвигли стену и её вынесли за пределы Империи в Вольные Земли. Но это недалеко, — ответила она, немного замявшись. — Она нелюдимая, и может с вами отказаться разговаривать. Но она совершенно безобидная. Я иногда ей ношу еду и одежду.
— Хорошо. Иди. Но когда я вернусь, хочу, чтобы ты была на месте, — предупредил я её, поднимаясь на ноги. Она сосредоточенно кивнула и встала следом за мной.
— И ты что, ей поверил? — воскликнул артефакт. — Серьёзно? Мишаня, похоже, тупые не клирики, а ты.
— Нет, конечно, — хмыкнул я, выходя из таверны. — Но проверить стоит. Вдруг это та самая причина, из-за которой здесь скоро начнут умирать люди.
Я остановился посреди дороги, внимательно рассматривая нити и стараясь понять, куда они уходят. Но эта паутина была настолько рассеянной, что конечную точку определить было трудно. Единственное, что мне удалось понять — за пределы заставы они не распространялись и находились внутри огороженного стенами периметра.
Отойдя немного в сторону и скрывшись в каком-то проулке, я сел на землю, начиная чертить руну и напитывать её своей кровью и силой. От меня отделилось четыре призрачные фигуры и устремились в разные стороны. Сознание разделилось, и теперь я смотрел на всё их глазами. Один призрачный двойник остался в городе, трёх других я отправил за ворота Заставы в Вольные земли. Двух из них — в предгорья, и последнего — в сторону той самой мельницы, которую сразу было видно со смотровой башни, откуда я осмотрел окрестности при помощи одного из призрачных двойников.
Двойник, оставшийся в городе, двигался по улицам, фиксируя одно и то же: серые нити, угасающие души, механические движения людей. Двое других, отправленных в предгорья, продвигались медленнее. Местность там была сложной, скалистой, но пока ничего подозрительного они не находили. Единственное, что привлекло моё внимание — абсолютная тишина и пустота. За всё то время, пока я следил за их продвижением, не смог уловить ни единого движения даже от зверей и птиц. Только странная дымка, покрывающая землю, не причиняющая никакого вреда моему заклинанию.
А вот четвёртый двойник, тот, что был отправлен к мельнице, почти сразу добрался до своего места назначения.
Старая мельница стояла на берегу заросшей речушки. Её колесо давно сгнило и обрушилось, крыша просела. Но дымок из трубы говорил, что место обитаемо. Двойник, невидимый обычным взглядом, скользнул внутрь через щель в стене.
Внутри было чисто и на удивление опрятно. Горел камин, или его подобие, на столе стояла кружка с травяным чаем. Не было похоже, что когда-то это место действительно было мельницей. Вокруг были развешаны травы, по всему периметру расставлены какие-то горшки и банки. Девушка сидела спиной к входу на низкой табуретке. Она резко вздрогнула, когда появился мой двойник, и повернулась в его сторону.
— Кто здесь? — её голос прозвучал в моей голове так же чётко, как если бы она стояла рядом. Она чувствовала его. Значит, она не простая отшельница.
Я не успел рассмотреть её лицо. Единственное, что я заметил — это точно такой же браслет на её руке, что украшал запястье девушки из таверны.
Внезапно я почувствовал резкий, колющий удар в виски. Связь с двойниками, находившихся в предгорьях, оборвалась. Не просто рассеялась, а была грубо разорвана.
Я застонал, схватившись за голову. Перед глазами поплыли чёрные пятна. Связь с остальными двойниками распалась, как только я потерял над ними контроль.
— И что ты заметил такого шокирующего, что довело тебя до припадка, практически закончившегося инсультом? — деловито осведомился Павел без тени заботы в голосе.
— Двойников уничтожили, тех, что я отправил в предгорья, — простонал я, открывая глаза и сразу же затирая начертанную на земле руну.
— Как интересно, — пробормотал Павел. — Похоже, дедуля не только яды варит, но и свою территорию охраняет от любых посягательств. Ну теперь можно смело делать вывод, что он находится там и совсем не хочет, чтобы его тревожили в затянувшемся уединении. Любопытно, а что он там скрывает от посторонних глаз? Слушай, а может, он отстроил там огромный замок с бассейном и теперь развлекается в компании молодых красоток? Ну чем ещё может заниматься старик на незаслуженной пенсии, имея статус, магию и много денег. Это на тебе отец постоянно экономит. Сомневаюсь, что твой заботливый дедушка ушёл с гордо поднятой головой и пустым кошельком.