— Агата, — просто представилась она и отступила вглубь помещения, жестом приглашая войти. — Я почувствовала чужое внимание. Была почти уверена, что ты демон, но в тебе нет скверны, лишь небольшой её отголосок, — она снова бросила взгляд на мой перстень. — Теперь я понимаю, что он исходит от твоего артефакта.
— Сама такая! — продолжил негодовать Павел. — Чтобы меня приняли за демоническую цацку? Такого унижения я ещё никогда не испытывал. Мишаня, разворачивайся и идём отсюда. Она не ведьма, а просто идиотка. Пусть сама себя сжигает.
Я, продолжая слушать бормотания перстня, зашёл следом за Агатой. Внутри мельницы было всё так же, как я видел глазами моего двойника. Воздух пах дымом, сушёными травами и чем-то горьковатым, но не неприятным, как за пределами этого места. Я сел на стул у небольшого столика, на который она указала.
— Как ты смогла увидеть или почувствовать моих разведчиков? — прямо спросил я. Прежде всего, мне хотелось побольше узнать об этой девушке. Она села за стол напротив меня и пожала плечами.
— Я ведунья, как моя мама и бабушка. У меня нет сил и способностей, как у настоящего мага, но я могу видеть и чувствовать то, что не видят другие люди. Некоторые заклинания, наложенные магами, действие артефактов, скрывающие иллюзии. А также чувствовать ауру нечисти и демонов. Ты не такой, как все, — пристально посмотрела она мне в глаза. — Ты сильный маг, я это чувствую, но в тебе есть что-то, чего я не могу понять, что-то демоническое.
— Слишком часто с ними встречался, — усмехнулся я. — Почему тебя боятся, и самое главное, зачем тебе жить в этом месте, если ты обычная ведунья, какой ты пытаешься передо мной казаться? — я обвёл взглядом помещение, но ничего, что могло бы противоречить её словам, не увидел.
— Мне незачем тебе врать. Ты сильнее меня, да и всех, кто находится поблизости, — сжала она губы и опустила глаза, рассматривая свой браслет на руке из красной нити. — Мне здесь спокойнее, да и идти мне некуда. Я не маг, но и не обычный человек, чтобы меня действительно приняли где-то равной себе.
— Ты знаешь, что происходит на Заставе? — спросил я, всё ещё раздумывая над тем, стоит ли ей верить.
— Сначала я думала, это демоны. — Девушка посмотрела в небольшое окно, резко распахнувшееся от порыва ветра. — Я с ними встречалась лишь раз, когда они пытались прорваться в Вольные земли через Заставу во время разгара войны. Я слышала, что это их почерк — высасывать жизнь. Да и я не чувствую их ауры здесь, она липкая, грязная. А здесь что-то безликое и холодное, я не знаю, как это описать. — Пожала она плечами. — Я всего лишь ведунья.
— А эти браслеты? — я кивнул на её руку. — Как именно они спасают от того, что происходит на Заставе?
— Это старый семейный рецепт. Травы, собранные в полнолуние, нить, окрашенная соком определённых ягод. Они создают барьер для души, как бы прячут её от злых сущностей, именно поэтому я ещё в своём уме. — Кивнула она своим мыслям и поёжилась от едва заметного дуновения ветра. — Они работают только на тех, у кого нет собственной магии. На мага они почти не действуют, их собственная сила конфликтует с оберегом.
— Почему ты не сделала их всем? — спросил я, проведя рукой по волосам. — Или не предупредила коменданта?
— Я пыталась, но комендант меня высмеял, сказав, чтобы свои ниточки я плела на бабских посиделках возле костра. А потом и вовсе выгнал с Заставы. Мне даже Андрей не поверил, — вздохнула она, прикрыв глаза. — Он на воротах стоит, ведущих в Вольные земли, мы с ним неплохо общаемся. Наверное, он один из немногих, кто не считает меня чокнутой.
— О, теперь понятно, почему его мысль о том, что к его Агатке какой-то столичный перец решил ночью сходить в чувство привела, — протянул Павел. — Нет, в качестве подопытного он мне больше неинтересен.
— Единственная, кто ко мне прислушалась, была Лена, ну, та девушка из таверны. Ты же пришёл, потому что она обо мне рассказала? — вопросительно посмотрела она на меня.
— Да, — коротко ответил я. Её слова звучали правдоподобно, и я пока не нашёл ни единого повода ей не верить. — Ты же выяснила, что происходит на Заставе, не так ли?
— Я не знаю, что это, — она сложила на груди руки и отвернулась, рассматривая догорающие ветки и угли в камине. — Я пыталась понять, но смогла только определить эпицентр всего этого безумия. По крайней мере, к старому заброшенному колодцу я подойти не смогла. Мой оберег разрушился, а я едва успела убежать и спрятаться в этом тумане. Если ты хочешь найти источник, то, думаю, тебе следует посмотреть там, — вздохнула она. — Я не могу помочь, прости.