Роман молчал, сжимая в руках подаренную книгу, чувствуя, как учащается его пульс. Он прикрыл глаза, стараясь унять усиливающееся головокружение из-за странного, исходившего от девушки запаха, кажущегося оборотню смутно знакомым.
— Я не хочу тратить время на церемонии, — понизила она голос до шёпота и добавила немного вкрадчивых ноток. — Союз наших домов — не просто политика, Михаил. — Она сделала ещё один маленький шаг вперёд, сократив дистанцию до минимума. Её палец легонько провёл по корешку книги в его руках. — Я могу быть не просто женой. Я могу быть твоим самым ценным союзником и опорой. Или вам нравится кто-то… попроще, — она поморщилась и повернулась в сторону двери, за которой скрылись Мила и Сергей.
Роман почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Он отступил на шаг, натыкаясь на стену, стараясь унять мелькающие в голове мысли о том, что он Мишу просто прибьёт, когда тот вернётся.
— Ваше Сиятельство, — его голос прозвучал хрипло, и он прочистил горло, стараясь придать ему больше твёрдости. — Как я уже говорил вашему отцу, сейчас не время для обсуждения династических браков. Империя на пороге войны. — Он надеялся, что Миша в своё время ответил им точно так же, иначе это будет выглядеть слишком подозрительно. И почему он не рассказал им о разговоре с Орловыми?
В этот момент дверь в тренировочный зал с грохотом распахнулась, ударившись о стену. На пороге стоял Дмитрий Лебедев. Его лицо было бледным от сдерживаемой ярости, а по рукам и плечам пробегали короткие, хаотичные электрические разряды.
— Какие люди, сама княжна Орлова решила посетить тренировку наследника престола, — буквально прорычал Лебедев, медленным шагом подходя к ним. — Что тебе здесь нужно? Я, кажется, ясно дал понять, что любые встречи с Михаилом Юрьевичем должны согласовываться со мной.
Ирина медленно, с подчёркнутой небрежностью, повернулась к регенту, усмехнувшись при этом.
— Дмитрий Игоревич, вы, как всегда, появляетесь в самый неподходящий момент. Я всего лишь принесла будущему императору книгу из нашей библиотеки. Вы так рьяно оберегаете Михаила. — Протянула она, прищурившись. — Интересно, это забота о его безопасности или страх, что кто-то посторонний сможет разглядеть в нём что-то, что вам неугодно?
— Нет, просто ограждаю его от идиотов, — Лебедев шагнул вперёд, сократив дистанцию. — И от тех, кто считает, что может безнаказанно нарушать установленные правила. Особенно когда эти правила установил здесь я.
— Правила? Вы, Дмитрий Игоревич, за последние дни стали просто одержимы правилами. Странно для человека, который всю жизнь их нарушал. Или это новая роль регента так на вас повлияла? — Она бросила быстрый, оценивающий взгляд на Романа, который глубоко вздохнул. Надеясь, что Лебедев его не прибьёт сразу же после того, как они останутся вдвоём, сделал шаг вперёд.
— Дмитрий Игоревич прав, — сказал он, и встретился взглядом с Ириной. — Мои границы определены чётко. И то, что вы принимаете за возможность для приватной беседы, я расцениваю как нарушение этих границ.
— Но, Михаил Юрьевич, я лишь… — Ирина слегка отступила, удивлённая такой прямой атакой.
— Вы лишь пытаетесь продать товар, в котором я не нуждаюсь, — холодно парировал Роман, не дав ей договорить. — Союзы строятся на необходимости, княжна, а не на назойливых предложениях. И пока ваша семья не продемонстрирует чего-то более существенного, кроме амбиций, этот разговор не имеет смысла. Считайте это моим окончательным ответом на предложение вашего отца.
Лебедев смотрел на Романа с удивлением, после чего хмыкнул, повернувшись к побледневшей Орловой.
— Вы становитесь очень похожи на вашего регента, Ваша Светлость, — с трудом выдавила она.
— Нет, — возразил Роман, всё также глядя на неё непроницаемым взглядом. — Я становлюсь похож на того, кому предстоит править Империей. А теперь, если вы позволите, я продолжу тренировку. И да, заберите это, я сам в состоянии найти библиотеку, — он протянул ей книгу, которую Орлова выхватила из его рук и, развернувшись, вышла из зала, пропустив вперёд заглянувших внутрь Сергея и Милу.
Лебедев проводил Ирину долгим, тяжёлым взглядом, пока дверь не захлопнулась. Затем он медленно повернулся к Роману. Электрические разряды по его рукам не утихали, а лишь усиливались, наполняя воздух запахом озона.