— Это не просто яд. Это «Эликсир Вечного Покоя». Один из самых сложных и опасных демонических токсинов. Я сталкивался с подобным однажды, но он быстро разрушается вне носителя, поэтому изучить его как следует у меня не получилось. Он не убивает мгновенно. Он погружает жертву в состояние живого трупа, медленно высасывая жизнь и волю, прежде чем окончательно уничтожить ядро. Булгаков явно не хотел быстрой смерти Годунова.
— Его можно вылечить? — прямо спросил я.
— Теоретически, да, — ответил князь Уваров. — Есть два способа. Первый вам не очень понравится — принять демоническую силу и трансформироваться в демона. Хорошо, что ему никто не подкинул эту идею. Никто не хочет смерти и гораздо охотней переметнётся на сторону врага, когда забрезжит шанс на спасение. Ну и второй вариант — эликсир Зари. — Но об этом ты и так догадался, потому что вряд ли пришёл просить помощи, не зная наверняка, что противоядие всё-таки есть.
— Так вы поможете? — нарушил я тишину, во время которой дед как-то странно на меня смотрел.
— Нет. У меня нет готового эликсира, и варить его для Годунова я не стану. Это очень долгий и трудоёмкий процесс. Его сваришь ты, если действительно так стремишься помочь этому недоразумению в короне, — он, не мигая, смотрел на меня, видимо, пытаясь оценить реакцию на подобные слова.
— Но у меня нет определённых знаний и навыков, — проговорил я.
— Так ты всё равно останешься здесь на какое-то время. С моей помощью ты вылечишь свои травмы и практически разрушенные кольца. Никто, кроме меня, не знает, как нивелировать побочные действия артефакта трансформации. А потом ты будешь учиться. Ты будешь изучать то, чему никогда не научился бы в своей Академии Стражей или при дворе. Алхимию. Искусство ядов и противоядий. Истинную природу магии, не ограниченную дурацкими условностями Имперского Совета.
— Он что, издевается над тобой? — завопил Павел. — Да он же прямо до этого сказал, что хочет над нами опыты проводить. Так, слушай мой план. Ты улыбаешься, кланяешься и топаешь ножками очень быстро к выходу, когда я его отвлеку. Попробую оглушить, думаю, нападения с твоей стороны он явно не ожидает.
— Неожиданно, — усмехнулся я, поднимаясь на ноги. — Я готовился к менее радушному приёму, а вместо этого вы хотите сделать меня своим учеником? И чем я заслужил подобное?
— Я хочу посмотреть, на что ты способен, — поправил он. — Ты проявил неординарные способности и ещё большую глупость. Первое можно развить. Второе — исправить. Это моё условие. Согласишься — я помогу твоему императору и научу тебя тому, что может однажды спасти тебе жизнь. Откажешься, — он развёл руками. — Можешь возвращаться к своему отцу с пустыми руками и наблюдать, как Империя горит. Я тебя держать не стану.
— У меня нет времени, — коротко ответил я.
— Время — это относительное понятие, тебе ли, обучающемуся в Академии Стражей, этого не знать, — удивлённо посмотрел он на меня.
— А вот почему я не могу определить, где мы находимся. Так и знал, что это ловушка, — выругался Павел, чем-то громко стукнув, едва меня не оглушив. — Как теперь и понятно, почему никто не знает, где этот старый хрен свои алхимические опыты проводит. Слушай, а ты уверен, что он восьмого уровня? Просто у меня есть какие-то сомнения на этот счёт…
— Хорошо, — тихо проговорил я. — Я согласен на ваши условия.
— Ты чего ответил? — охнул Павел и замолчал, часто и глубоко дыша. Я же смотрел на деда, который едва заметно улыбнулся.
— Отлично. Начнём завтра. А сейчас ты примешь первое лекарство. Для начала займёмся твоими надорванными кольцами. Это будет немного болезненно. — Он тронул рукой кристалл, который достал некоторое время назад с полки, и прокатил его по столу в моём направлении. Я взял его в руки, понимая, что это ничерта не артефакт. Этот кристалл был заполнен какой-то мутной, переливающейся жидкостью.
— Итак, если меня кто-то слышит, я завещаю себя в руки того, кто, собственно говоря, меня слышит, — выдохнул Павел, а я лишь усмехнулся. Если бы старик хотел меня убить, то сделал бы это одним щелчком пальцев, потому что, вспоминая золотистое свечение его духовного оружия, я тоже начал сомневаться, что по силе он является магом восьмого уровня.
Свечение кристалла усиливалось, пульсируя в такт ноющей боли в груди. Мутная жидкость внутри переливалась, словно живая ртуть, и в ней плавали микроскопические золотистые искры.
— Выпей это. Не торопись, маленькими глотками, — голос Уварова не предвещал ничего хорошего. — Постарайся не реагировать на вкус. Он немного своеобразный.