Они это увидят. Услышат. Наверное, уже идут за мной. Вырываюсь из оцепенения, но в панике не могу сообразить, в какую сторону бежать к убежищу орды Ночных.
Похоже, остаётся только бежать. Как можно дальше. Дать Дессину время вывести друзей, а потом найти меня. Снова пускаюсь в путь. Может, если повезёт, на охоту выйдет ночной хищник и расправится с теми, кто преследует меня.
Как бы я хотела, чтобы Дессин был рядом. Он бы знал, что делать. Куда бежать, как обмануть их. Перепрыгиваю через корень, пригибаюсь под низкой веткой. Обдумываю варианты на случай, если меня настигнут. Могу залезть на дерево. Заорать. Но больше ничего.
Раньше у меня не хватило бы выносливости бежать так долго. До этого путешествия с Кейном я была не в форме, никогда не тратила столько энергии. Но походы по горам и побеги от Демехнефа стали лучшей тренировкой в жизни.
Думаю о сестре. О том, как она не выдержала бы такого, как ненавидела природу. Ненавидела запах дождя перед грозой. Грязь под ногтями.
Думаю о ней и молюсь.
Скарлетт, у меня плохое предчувствие. Не думаю, что он сможет спасти и меня, и Рут. Пожалуйста, защити меня. Не оставляй.
Длинные шаги даются всё тяжелее, мышцы горят, замедляя меня. Вытягиваю правую ногу вперёд и понимаю, что выбежала на холм, ведущий вниз. Крутой склон. Падаю на землю, качусь по неровной поверхности, покрытой грязью и сорняками.
Облако пыли вздымается вокруг, я прикрываю руками жизненно важные органы от камней и острых краёв. Что-то недвижимое останавливает меня, резкий удар в спину выбивает воздух из лёгких.
На мгновение парализована. Не могу повернуть голову, не хочу открывать глаза. Боль пронзает каждую клетку, каждый сустав, особенно поясницу. Что ещё хуже… Вполне возможно, что за мной вообще никто не гнался. Как они могли среагировать так быстро? Может, я бегу, как сумасшедшая, по пустому лесу.
Стону, опираюсь спиной о дерево, отряхиваюсь от грязи и листьев, заодно проверяю, нет ли переломов. Вроде цела.
Лёгкая вибрация и гул передаются через кору деревьев, вместе с голосами. Гул становится громче. Неужели… Нет, не может быть. Багги?
Закидываю голову на дерево. Бежать некуда. Да и не убежать от багги. Интересно, поймали ли они Дессина и Рут. Может, это к лучшему. Может, мы воссоединимся. Честно говоря, в одиночку я бы тут не выжила. По крайней мере, теперь мы сможем вместе планировать побег, куда бы меня ни везли. Выдыхаю дрожащий вздох.
— Скайленна! — моё имя гремит вдалеке.
Я выпрямляюсь. Нет…
Снова. Моё имя. Только один голос звучит так. Моё тело узнаёт его. Тепло и возбуждение бегут по жилам.
Мужчины в той же форме, что была у тех, кто напал на Дессина в его комнате. У того, что принёс серп. Бордовые блейзеры с бронзовыми кистями. Они окружают меня, подходят к дереву, у которого я сижу, будто к раненому зверю.
Я не собиралась сопротивляться. Но теперь страх быть разлучённой с Дессином въелся в кости, как рак. Когда они поднимают меня, я дёргаю руками, пытаюсь вырваться. Но их слишком много. Их пальцы сжимают мои запястья, предплечья, шею. И снова я слышу это.
— Скайленна! — так далеко, что почти шёпот на ветру.
— Дессин! Дессин! — кричу, цепенея от паники. Начинаю биться в руках этих громил. — Нет! Пожалуйста! Дессин!
Но его голос где-то далеко, совсем не близко. Если бы я могла просто побежать к нему…
Теперь ладони закрывают мне рот, но я всё равно пытаюсь кричать сквозь них. Меня поднимают в воздух и швыряют в багги, который на самом деле не багги. Сзади вместо сидений — клетка. Металлические прутья отрезают меня от свежего воздуха, теперь здесь пахнет химикатами. Бьюсь о решётку, продолжая звать его.
Багги мчится прочь от пылающих деревьев и дымовых сигналов, заполняющих небо.
— Дессин! Дессин! — воплю я.
И не перестаю кричать, пока укол не впивается мне в шею. Мы движемся быстрее. Деревья сливаются в зелёное месиво.
Мы уезжаем.
Уезжаем от Дессина.
30. ..И Дьявол, Которого Ты Не Знаешь
Разлуку я переживаю тяжелее, чем ожидала. Это почти как сорвать теплое одеяло с человека, спящего холодной ночью. Почти, но хуже. Это как потерять конечность после войны. Как солдат, который просыпается после долгого сна и смотрит вниз, не находя своей ноги.
Нет Дессина. Нет Дайшека.