Его шаги покрывают расстояние быстрее, чем лошадиный галоп.
Через мгновение мы достигаем конца тёмной ямы ада, и яркие цвета начинают размывать границы реальности. Синие, розовые, зелёные, жёлтые, смешиваясь с чёрной краской. И мы вырываемся из тени. Пальцы впиваются в его шерсть, и я не могу представить ничего прекраснее, чем порывистый ветер, дающий нам крылья.
Тьма растворяется, и мы врываемся в открытое поле с высокой травой цвета авокадо, сиреневыми цветами, плакучими глициниями и вечнозелёными великанами. Солнце светит, греет мою холодную кожу, согревает изнутри, ласкает длинные волосы.
Дайшек замедляет шаг. Я боялась, что больше не увижу солнечного света. Боялась, что не вдохну свежий воздух. Приглядываюсь к земле, к цветам, рассыпанным по лугу. Подсолнухи в полном цвету, фиолетовые иберисы. Аромат лаванды наполняет воздух.
Дайшек опускается на землю в центре поля. Я перекидываю правую ногу и слезаю. Его огромные глаза устремлены к точке на горизонте. Я следую его взгляду и замечаю движение в деревьях, шелест листьев.
Мальчик раздвигает ветви и выходит на цветущий луг. Оглядывается на меня, улыбается и машет.
Кажется, я его знаю…
Отсюда видно, что у него каштановые волосы с непослушными прядями, белая футболка с чёрными подтяжками и светло-коричневые брюки. Он идёт ко мне, будто уже много раз здесь кого-то встречал. Когда расстояние сокращается, я отступаю ближе к Дайшеку. Мальчик сияет улыбкой и ямочками на щеках. Стоп…
Я снова судорожно вглядываюсь в его лицо. Его улыбка становится шире.
— Кейн? — выдыхаю я.
Он тихо смеётся. Звук легче, без привычной хрипотцы.
— А кто ещё мог бы здесь быть?
— Ты… Ты такой… молодой.
Он снова смеётся. Пожимает плечами.
Ветер порывистый, то сильный, то затихает. Небо безоблачное, эгейской синевы, такое яркое, что, будь я вниз головой, его можно было бы принять за океан.
Кажется, я останусь здесь навсегда.
У юного Кейна мягче лоб и счастливее глаза. Меньше морщин стресса и печали. Он указывает на землю.
— Присядем?
Я опускаюсь рядом с ним, скрестив ноги. Не могу осознать, что происходит. Всё кажется реальным. Я сошла с ума? Сначала Дайшек вырывает меня из клетки и переносит через реальности в этот прекрасный луг, где все проблемы растворяются. Потом из леса появляется юная версия Кейна. И он не удивлён, увидев меня здесь. Я помешалась?
— Что это за место? — наконец отрываю взгляд от его лица и оглядываю цветущее поле, где цветы качаются, как танцующие пары.
— Я называю его Оазисом Эмброуз, — говорит он. — Безопасное место, куда можно отправиться, когда страшно или больно.
Его глаза, будто подожжённые солнцем, похожи на мёд.
Я киваю. Но не понимаю. Ни капли. Просто рада, что выбралась оттуда.
— Хочешь поговорить об этом? — Он срывает стебель лаванды и протягивает мне. — Вот, понюхай.
Я беру траву и подношу к носу. Глубоко вдыхаю, и аромат лаванды окутывает мозг, словно тёплый душ. Запах сильный, чистый.
— Это поможет успокоиться, — добавляет он.
— Не думаю, что хочу говорить об этом, — осторожно отвечаю на его первый вопрос. — Не думаю, что смогу говорить об этом. Никогда.
— Я так и предполагал. — Его улыбка грустнеет. Тон намекает, что у нас уже был такой разговор. Но почему он так молод? Почему не тот мужчина, которого я знаю? — Тебе грустно, Скайленна?
Я качаю головой.
— Нет, мне гораздо лучше теперь, когда я здесь.
И это правда. Я чувствую облегчение, будто с меня сняли тугую петлю. Наконец могу дышать. Расслабить мышцы. Наслаждаться теплом солнца на коже. Ветерком, несущим лаванду в волосах.
Но облегчение сменяется новым страхом.
— Подожди. Мне не нужно возвращаться, да? Я могу просто… остаться здесь.
Спина напрягается, я готова бежать. Убежать от реальности, которая, возможно, уже настигает меня.
Брови Кейна сдвигаются в сочувствии.
— Ты можешь остаться. — Плечи опускаются, и я выпускаю воздух, застрявший в груди. — Но если останешься, то никогда не найдёшь дорогу назад к нему.
— К нему?
Он сужает глаза. Точно так же, как Дессин, когда хочет, чтобы я сама догадалась.
— Ты имеешь в виду…
— Я имею в виду Кейна и Дессина. Тех, кто на девять лет старше меня сейчас. Тех, кто ждёт встречи с тобой.