Выбрать главу

Переменный ток мысли — это интенсификация мощных основных сил человеческого сознания. Наши древние примитивные предки сразу замечали все необычное или неуместное — сломанную ветку, пережеванные листья, отпечаток копыта или лапы. Благодаря развитому вооб­ражению они догадывались, что это означало: мимо про­шел зверь. Можно было проверить предположение, пройдя по следам. Таким образом, нечто невидимое гла­зу (пробежавшее животное) становилось видимым. В дальнейшем это умение совершенствовалось и оттачи­валось, развивалась способность к абстрагированию, пока не достигла уровня, при котором стало возможным по­нимание скрытых законов природы, таких как законы эволюции и относительности.

У многих людей можно наблюдать короткое замыкание этого переменного тока. Наблюдая некое явление в куль­туре или природе, они приходят в волнение и начинают высказывать взятые с потолка предположения, но практи­чески никогда не дают себе труда выдвинуть возможные объяснения, достоверность которых можно было бы подтвердить дальнейшими исследованиями. Такие люди теряют связь с реальностью и потому позволяют себе фантазировать, как им угодно. С другой стороны, неред­ко — особенно в среде научных и технических работ­ников — мы видим тех, кто копит груды информации, данных исследований и статистики, но не отваживается подумать о более широком применении этих сведений или о том, чтобы осмыслить их или даже увязать в общую теорию. Такие исследователи не выдвигают догадок, опа­саясь обвинения в субъективном или ненаучном подхо­де. Они даже не понимают, что гипотезы и догадки — это основа основ, то, на чем зиждется человеческий раз­ум, наш способ связи с реальностью, наше умение видеть невидимое. По их мнению, нужно держаться фактов, не расширяя свой микроскопический кругозор. Такая стра­тегия видится им более безопасной, чем риск опозорить себя, выдвинув догадку, которая может оказаться лож­ной.

Иногда этот страх маскируется под научный скепти­цизм. Это мы можем заметить в людях, которые в заро­дыше разбивают в пух и прах любую теорию или интер­претацию, не давая им ни малейшего шанса. Они пыта­ются выдать свой скептицизм за признак высокого интеллекта, но на самом-то деле они идут легкой дорож­кой —

Ничего нет проще, чем критиковать чужие результаты с позиции сторон­него наблюдателя. Вы, наоборот, должны следовать путем всех творче­ски мыслящих людей, то есть двигаться в проти­воположном направлении.

Мало просто размышлять — необходимо смело и дерзко высказывать предположения, всерьез тру­диться над доказательством или опровержением своих гипотез, вгрызаясь в познание реальности. Как сказал ве­ликий физик Макс Планк, ученый «должен обладать жи­вым воображением и интуицией, ибо новые идеи нахо­дят не с помощью дедукции, а лишь художественным творческим воображением».

Переменный ток имеет применение, далеко выходящее за рамки науки. Великому изобретателю Бакминстеру Фуллеру постоянно приходили в голову идеи новых изобретений и технологических усовершенствований. Еще в начале своей деятельности Фуллер заметил, что великолепные идеи рождаются у многих людей, просто большинство боится внедрять и вообще как-либо про­двигать их. Они предпочитают участвовать в дискуссиях, критиковать других или писать о своих фантазиях, но так и не доводят их до реализации. Не желая стать одним из таких бесплодных мечтателей, Фуллер разработал стратегию штамповки своих изобретений, или, как он предпочитал их называть, «артефактов». Обдумывая свои идеи, которые иногда казались довольно странными, чтобы не сказать безумными, он создавал модели тех ве­щей, которые представлял. Если модель казалась хоть сколько-нибудь целесообразной и приемлемой, Фуллер продолжал работу над изобретением, используя натур­ную модель как прототип. Преобразуя свои выдумки в осязаемые объекты, он мог таким образом понять, что у него получилось, — нечто, потенциально представляю­щее интерес, или просто бессмыслица. В наши дни мно­гие его выдумки уже не кажутся бредовыми, они давно стали реальностью. Фуллер поднимал прототипы на но­вый уровень, конструируя артефакты для демонстрации публике, чтобы видеть реакцию.

Один из таких артефактов назывался «автомобиль Ди- максион» и был представлен публике в 1933 году. Было заявлено, что по КПД, маневренности и аэродинамиче­ским свойствам он намного превосходит любой совре­менный автомобиль. «Димаксион» представлял собой трехколесную машину необычной каплевидной формы, и его дополнительным достоинством была необыкно­венная простота сборки. Готовя модель для демонстра­ции, Фуллер выявил серьезные недочеты в проекте и пе­реконструировал ее. Эта модель так и не была внедрена в массовое производство, в частности из-за яростного со­противления тогдашних лидеров автомобилестроения. Однако впоследствии «Димаксион» оказал большое вли­яние на конструкторов автомобилей, заставив подверг­нуть серьезному сомнению и изменить тогдашние взгляды, царившие в этой отрасли. Подобную стратегию Фуллер распространял на все свои идеи, включая самую, пожалуй, знаменитую — геодезический купол.