Работая над тем, чтобы раскрепостить и освободить свой разум, позволив ему воспринимать мир с разных точек зрения, помните о следующем: чувства, которые мы испытываем, определяют наше восприятие мира, окрашивают его определенным образом. Если нам страшно, то в любом действии видятся потенциальные опасности и риск. Если мы настроены решительно, то склонны игнорировать возможные рискованные ситуации. Нам необходимо научиться изменять не только мысленный угол зрения, но и эмоциональный. Если, к примеру, вас преследуют неудачи, работа продвигается трудно, постарайтесь увидеть в ней что-то по-настоящему позитивное, поверить, что ваши усилия непременно принесут плоды.
Сложности закаляют вас, помогают выявить недостатки, которые необходимо исправить.
В физических упражнениях сопротивление — это способ укрепить тело, сделать его сильнее. В ментальной сфере дело обстоит точно так же. Такой же принцип применяйте и в случае удачи и везения — обратите внимание на опасность расслабиться, привыкнуть к успеху и т. д. Подобные перевертыши раскрепощают воображение, позволяя видеть больше возможностей, которые будут влиять на то, что вы делаете. Относясь к препятствиям и сопротивлению как к благоприятным возможностям, вы с большей вероятностью добьетесь реального успеха.
Д. Обратитесь к древнейшим формам мышления
Интеллект наших примитивных предков — Человеческий мозг как многофункциональный инструмент — Грамматика как ограничивающий фактор — Мышление без речи — Примеры мышления образами у великих людей — Ограничения памяти — Использование диаграмм и моделей — Шиллер, Эйнштейн, Сэмюел Джонсон и синестезия
Как уже обсуждалось во введении, у наших древнейших предков были развиты разные формы умственной деятельности, предшествовавшие появлению членораздельной речи. Это позволило им победить в борьбе за выживание в суровых условиях. Мыслили они по преимуществу зрительными образами и были чрезвычайно наблюдательны, замечая все важные детали окружающей обстановки и малейшие отклонения от типичной картины. Бродя по обширным открытым пространствам, они обрели способность к пространственному мышлению, научились ориентироваться на местности по положению солнца и заметным, бросающимся в глаза объектам. Нашим предкам было свойственно и техническое мышление, они мастерили орудия, обладая превосходной координацией в системе «глаз — рука».
С появлением речи возможности интеллекта безмерно возросли. Мысля словами, наши предки получили способность точнее и богаче воспринимать окружающий мир, представлять себе больше разных возможностей, которые затем можно было обсуждать и претворять в действие. В результате такого долгого пути развития человеческий мозг превратился в многофункциональный, невероятно гибкий инструмент, способный мыслить на разных уровнях, сочетая различные формы интеллектуальной деятельности с развитыми чувствами.
Но в какой-то момент возникло осложнение. Мы постепенно утратили былую пластичность, в нашем мышлении произошел перекос в сторону слов, языковых представлений. В процессе была утрачена связь с чувствами — зрением, обонянием, осязанием, — которые раньше играли куда более существенную и важную роль в нашей интеллектуальной деятельности. Язык — система, предназначенная в первую очередь для общения с себе подобными. Он основан на неких допущениях, известных всем. Его структура стабильна и в чем-то жестка, но именно это и позволяет нам общаться друг с другом с минимумом помех. Но, учитывая невообразимую сложность и изменчивость жизни, язык нередко подводит нас.
Уже сама грамматика формирует жесткие структуры, определяя логику и направление мысли. Как сказал однажды писатель и философ Сидни Хук: «Аристотель, разрабатывая таблицы категорий, которые представляли в его понимании грамматику всего сущего, по сути проецировал грамматику греческого языка на космос». Лингвисты выделяют огромное число понятий, для описания которых в английском языке нет специальных слов. Но если для того, чтобы назвать или описать концепцию, не существует слов, мы, как правило, о ней и не задумываемся. Таким образом, язык — это инструмент зачастую ограниченный и жесткий по сравнению с разнообразными многоуровневыми возможностями разума, которым мы наделены от природы.