Постепенно работа продвигалась, и Марта видела, как танец, который она вынашивала в своем воображении, все больше превращается в реальность. Чтобы усилить впечатление новизны, она решила сшить артистам костюмы по собственному дизайну. Костюмы эти, в основном выполненные из эластичных материалов, превращали танцовщиков в почти абстрактные фигуры, движения которых порой напоминали геометрические построения. В противоположность традиционным балетным декорациям, напоминающим волшебную сказку, спектакли труппы были оформлены в минималистском, энергичном стиле. Артисты выступали почти без грима. Все было направлено на то, чтобы фигуры в обтягивающих трико выделялись на фоне сцены, а выразительность движений была максимально подчеркнута.
Реакция на первые выступления оказалась бурной. Зрителям никогда еще не приходилось видеть ничего подобного. Многие находили хореографию Грэхем отвратительной, отталкивающей. Другим работа казалась излишне эмоциональной, извлекающей на свет чувства, о которых не принято было говорить на языке балета. Противоположные мнения свидетельствовали о силе произведенного впечатления. С годами, когда к тому, что поначалу казалось грубым и уродливым, привыкли, стало очевидно:
Марта Грэхем практически в одиночку создала новый жанр, новую хореографию — тот самый современный танец, какой мы знаем сегодня.
Не желая допустить, чтобы новое и современное превратилось в очередную догму, Марта снова и снова поражала публику неожиданными решениями, никогда не повторяясь, постоянно меняя рисунок и тематику танца. Даже спустя почти шестьдесят лет после создания труппы она не утратила способности создавать ощущение новизны и мощи, к которому всегда стремилась.
Возможно, самая большая опасность для творчества таится в остывании, угасании, которое со временем наступает в любой профессии или сфере деятельности. В науке или бизнесе определенные подходы или методы, однажды хорошо зарекомендовавшие себя, быстро становятся общепринятыми. Люди забывают, с чего все начиналось и как была принята та или иная норма, теперь они просто выполняют некий набор инструкций. В искусстве кто-то становится основоположником нового направления, стиля — актуального и животрепещущего, отражающего дух времени. Преимущество этого стиля в том, что он отличается от всего остального. Вскоре, однако, появляются подражатели. Новый стиль входит в моду, следовать ему становится престижно, к тому же само подражание может выглядеть ниспровержением и бунтарством. Так продолжается десять, двадцать лет, и вот уже новизна превращается в штамп, пустую форму, не наполненную реальным чувством. Подобных процессов не может избежать ни одно культурное явление.
Пусть даже сами того не замечая, мы изнемогаем от нагромождения омертвевших форм и стандартов, заполонивших культуру. Но эта проблема представляет грандиозные возможности для творческих личностей, и ярким примером тому служит Марта Грэхем. Все происходит следующим образом: вы заглядываете внутрь себя и находите нечто, что хотите выразить, — что-то уникальное и соответствующее вашим наклонностям. Прежде всего нужно удостовериться, что эта искра не вторична, не навеяна модой или тенденцией, но исходит из вашей души. Например, особое звучание в музыке, история, которая не была еще рассказана, книга, не подпадающая под обычные форматы и жанры. Не исключено, что вам может прийти в голову оригинальная коммерческая идея. Позвольте этой мысли, звуку, образу укорениться в себе. Ощутив возможности нового языка или метода, вы должны принять осознанное и твердое решение двигаться против течения, против тех самых стандартов, которые кажутся вам мертвыми и от которых вы стремитесь избавиться. Марта Грэхем не на пустом месте создала свою систему — она увидела и воплотила то, чего не давали ей ни классический балет, ни современная хореография того времени. Она смело опрокинула устоявшиеся формы. Следуйте ее стратегии, и у вашей работы появится своего рода система координат, позволяющая уточнить и придать этой системе окончательный вид.