С ранних лет Тересита Фернандес (род. 1968) жила с ощущением, что смотрит на окружающий мир со стороны, словно наблюдатель. Девочка росла в Майами, штат Флорида, она внимательно изучала взрослых: приглядывалась, подслушивала их разговоры, пыталась разгадать тайны их непонятного мира. Став постарше, она так же внимательно наблюдала за одноклассниками. Всем старшеклассникам полагалось примкнуть к одной из многочисленных компаний. Тересита отлично видела, какие порядки царят в каждой из группок, каким правилам там подчиняются, какие поступки ценятся. Сама она, впрочем, держалась особняком, так как ее не тянуло ни в одну из них.
И к самому Майами Тересита испытывала похожие чувства. Девушка тяготела к кубинской культуре, в которой выросла, будучи американкой в первом поколении, — беспечный курортный образ жизни, который здесь царил, не был ей близок. В ее характере присутствовала какая-то мрачность, нервность. Из-за всего этого еще острее становилось чувство, что она изгой, случайная гостья, везде чужая. В школе были и другие изгои, которые по большей части прибивались к школьному театру или художественной студии, — в местах, где занимаются творчеством, проще быть не таким, как все. Тересите всегда нравилось мастерить, делать что-то своими руками, и она стала посещать уроки изобразительного искусства. Однако то, чем занимались на этих уроках, не соответствовало мрачной стороне ее души. Слишком уж легко ей все давалось, работы получались слишком поверхностными и приглаженными, им явно недоставало глубины и силы.
В 1986 году, пытаясь как-то определиться в жизни, Тере- сита поступила в университет. Там она стала заниматься скульптурой, продолжив начатое в старших классах. Но глина, материал мягкий и простой в работе, вызывала у нее досаду, как в школе, когда она билась над своими ученическими работами и все никак не могла довести их до сколько-нибудь приемлемого уровня.
Однажды, проходя по мастерской, студентка обратила внимание на скульпторов, которые работали над монументальной конструкцией из металла. Изогнутые стальные листы казались грубыми, какими-то беспощадными, не были похожи ни на что прежде виденное, и Тересите вдруг подумалось: вот этот материал будет, пожалуй, в самый раз для нее. Серебристый, тяжелый, неподдающийся металл — на то, чтобы изваять из него задуманное, потребуется приложить немало сил. Свойства металла были созвучны ее собственной непокорности, той силе, которую она, несмотря на хрупкость и маленький рост, всегда в себе чувствовала и всегда стремилась выразить.
Тересита принялась лихорадочно трудиться. Литье и формовка металла означали работу с высокими температурами, использование ацетиленовой горелки. В тропическом зное Майами труд в таких условиях особенно тяжел, тем более в дневные часы, поэтому Тересита решила, что будет работать исключительно по ночам. Теперь она жила по странному расписанию: подъем в девять, работа до двух-трех часов утра, а потом сон до вечера. Кроме прохлады работа по ночам имела и другие преимущества — вокруг почти никого не было, в ателье царила тишина, ничто не отвлекало, не мешало сосредоточиться. Тересита могла сколько угодно экспериментировать над кусками металла, могла делать ошибки, которых никто, кроме нее, не видел. Она могла быть бесстрашной и рисковать.
Не сразу, постепенно Тересита начала обретать власть над материалом и, работая над своими композициями, чувствовала, как меняет и преображает себя. Ей интересно было придавать форму грубым, огромным кускам стали, но для этого пришлось изобрести собственный метод. Она сначала делала наброски на бумаге, изображая композицию в целом, затем делила ее на небольшие фрагменты, с которыми ей было под силу справиться. А потом в тишине ночного ателье обрабатывала фрагменты по отдельности и собирала скульптуры. В скором времени ее работы были выставлены на факультете и в кампусе университета.
На большинство первых зрителей скульптуры Тереситы Фернандес произвели впечатление. В ослепительных лучах солнца Майами громадные стальные фигуры излучали ту силу, которую девушка всегда ощущала в себе. Однако была и другая реакция, которая поразила ее. Из-за того, что мало кто видел ее за работой, казалось, что скульптуры появились на свет как бы сами собой, словно истекая без усилий из ее рук благодаря удивительному дару. Это привлекло внимание публики к личности молодой художницы. Скульптура не просто была по преимуществу прерогативой мужчин — ею занимались самые сильные и мужественные представители профессии. В результате о Тересите, чуть ли не единственной женщине, работавшей с металлом, поползли слухи, ее имя было окружено всевозможными предрассудками и мифами. Несоответствие изящной, женственной внешности тяжелым, монументальным творениям поражало, люди пытались фантазировать, задаваясь вопросами, как удается ей выполнять такую работу и кто она вообще такая. Людям, заинтригованным ее характером и прекрасными скульптурами, появляющимися словно ниоткуда, Тересита представлялась таинственным, непостижимым существом, смешением мягкости и твердости, аномалией, колдуньей, наделенной магической властью над металлом.