К моему удивлению, Василей уже был на месте, хотя и старательно отворачивался, стоило мне подойти к нему поближе. Сквозь кошмарный запах пережеванного лука явственно пробивался аромат свежевыпитой браги. Я только хмыкнула. Парень явно чувствовал себя не в своей тарелке, и даже ни разу не заикнулся о том, чтобы списать у меня дневник. Собственно и списывать было нечего. Улея так загрузила меня своими рассказами, что до записей руки не дошли. Теперь же я поспешно опустилась на коленки и, достав дневник, принялась писать, вытягивая из памяти многочисленные бабкины ябедничества. Василей даже не заинтересовался, что меня немного обидело. То сам напрашивался, а теперь и смотреть не хочет…. Адепт смотрел прямо перед собой совершенно дикими глазами, лишь изредка поднося согнутую горкой ладонь ко рту и старательно дыша туда. Дорина все не было. Решив не терять зря времени, я полностью погрузилась в описание источника информации и собственно самой информации, лишь изредка поглядывая на своего напарника. Тот продолжал сидеть в полном ступоре, не подавая никаких признаков жизни, за исключением сопения и моргания. Прошел примерно час – куратор так и не появился. Я отбросила высохшее перо и соизволила обратиться к балбесу.
- Ты не знаешь, куда подевался наш замечательный куратор?
- Понятия не имею, – замороженным голосом ответил Василей, но все же слегка оживился, – а ты?
- Если б знала – у тебя бы не спрашивала, – фыркнула недовольно я, – уже стемнеет скоро, и когда же Дорин соизволит нас допросить?
- Какая тебе разница? – адепт пожал плечами, – если сегодня не успеет – нам же лучше. Может, завтра не так сильно будет придираться.
- А если ему ближе к ночи приспичит заявиться и устроить опрос по практике? Лично я не собираюсь ждать его до утра и кормить комаров!
- Да успокойся ты. Ещё и комаров-то нормальных нет, – решил успокоить меня этот придурок.
- Нормальные – это которые не кусают адептов третьего курса?
- Нет, те, которые кусают только бывших второкурсниц с непонятного цвета волосами, – просветил меня Василей.
- А… - протянула я, так и не найдя что сказать.
Снова наступила тишина. Окошки в сарае были маленькие и располагались почти под крышей, не давая приличного освещения. Если бы не старые ворота, распахнутые настежь, в сарае стоял бы полный мрак. Но с наступлением вечера, становилось все темнее, а никаких лампад или на худой конец свечей Дорин не держал. Во избежание пожара. Я лениво поворошила старый тюфяк, набитый сеном и служивший мне подушкой. Полная антисанитария. Мне, привыкшей к чистой постели, мягкому матрацу и теплому одеялу приходится спать как животное в сарае, на грязном сене… Кошмар да и только! Неужели и мыться придется на речке? Кстати, так и речки поблизости никакой нет. У Дорина где-то я видела большое старое корыто… брр! Я бы согласилась и на речку.
- У меня такое ощущение, что он не придет, – неожиданно сказал Василей. Интересно, кому это он сказал – неужели мне? Я приятно удивилась.
- И что будем делать?
- Спать ложиться, – зевая, ответил он, – что ещё нам остается?
- А вдруг с Дорином что-нибудь случилось? Может надо пройтись по деревне – поискать? – неуверенно спросила я.
- Да что с ним случится? – возразил Василей, – он же здесь не первый день живет. Ушел куда-нибудь по делам. Ты знаешь, где я его в первый раз встретил? В шинке придорожном. Вот и думай…
- Он что – пьет? – я озадаченно уставилась на адепта.
- Да нет, с шинкарем разговаривал, – неохотно признался Василей, – это я там пиво пил.
- Думаешь, он снова туда отправился? А где этот шинок находится? Далеко?
- Версты три будет. Надеюсь, ты не собираешься переть туда на ночь глядя?
- Правильно надеешься, – одобрила я дельное предположение, – делать мне больше нечего. Раз куратор по шинкам шляется – это его проблемы. Глядишь, так и практику мне зачтет без всяких придирок.
- Шантажировать собираешься? – похоже, Василею расхотелось спать, – и почему только тебе? А мне?
- А потому что ты умник у нас, вот и будешь практику сдавать самостоятельно. А я, как ты помнишь – жена директора академии. Вот мне и поблажки, – нахально заявила я, усиленно взбивая тюфяк.
- Ну-ну, жена, – хмыкнул адепт, затем улегся и, отвернувшись лицом к стене, замолчал. Через некоторое время послышался легкий храп. Я поглядела с завистью на безмятежного парня. Мне бы так – с чистой совестью спать завалиться. Да ещё не думать о блохах…