Не выдержав, я закрыл глаза и несколько раз глубоко вздохнул, прогоняя наваждение, убеждая себя в отсутствии реальной угрозы. Рядом шумно дышал Свен, сквернословя сквозь зубы и проклиная буйную фантазию пьяницы. Следовало поскорее выбираться отсюда, пока эта бредовая иллюзия не свела нас с ума. Уж слишком велико было давление на психику.
Попросив друга тоже подключиться к поиску (глядишь, и отвлечется от гнетущего окружения), привычно сосредоточившись, переключился на магическое восприятие. Однако достичь более глубокого погружения, никак не удавалось — мешали неприятные звуки, что, казалось, стали еще противнее. Заткнув уши, смог, наконец, сосредоточиться и разглядеть тонкие переливы энергии. Однако увиденное сильно отличалось от ожиданий.
Все потоки, будто запутали в клубок и перекрутили в мясорубке, настолько все перемешалось. К тому же, этот энергетический 'клубок' беспрестанно пульсировал, постоянно меняя яркость свечения и частоту пульсации, что не позволяло надолго сосредоточиться на его изучении и вызывало резь в глазах.
Попробовал продолжить, часто отдыхая, но добился только увеличения рези и появления сильной головной боли, что никак не способствовало поискам. Пришлось бросить бесполезное занятие и признать, что моих способностей и познаний явно недостаточно, чтобы решить эту задачу. И придумать другой выход. Хотя бы попытаться выйти за пределы действия иллюзии. Чем не выход?
И чего я раньше не сообразил о таком простом решении? Видимо сказался пережитый стресс, заставив зациклиться на первом пришедшем в голову решении. Да и не видел я ничего опасного в предыдущей постановке, представшей перед нами. Ну неприятно, да. Однако отнюдь не смертельно. А вот разгадать, как действуют такие чары, очень даже хотелось. Однако сейчас, когда началось давление на психику, все кардинально изменилось.
— Свен, вставай, — похлопал я по плечу друга, устроившегося неподалеку, — надо выбираться отсюда.
— И как мы это сделаем? — нервничая и постоянно озираясь на возникающие тут и там тени, поинтересовался он.
— Ножками, дружище, ножками. Просто выйдем за пределы действия заклинания и все.
— Думаешь, получится? — с затаенной надеждой поинтересовался товарищ.
— Пока не попробуем — не узнаем, — пожал я плечами. — Или ты хочешь остаться здесь, в этом 'милом' местечке?
— Нет, — поспешно ответил Свен, — не хочу.
— Тогда давай двигать на выход.
— И в какую сторону нам идти?
— Давай туда, — махнул рукой себе за спину, — там по идее стена дома находится, хоть какой-то ориентир.
— Давай, — не стал возражать Свен, и первым двинулся в указанном направлении.
Я развернулся и последовал за ним, выставив перед собой руки и делая аккуратные небольшие шажки, будто пробираясь по дну водоема с неровным дном.
— Ты чего? — недоумевающе уставился на меня друг.
— Не хочу себе лоб расшибить, звезданувшись о невидимое препятствие, или ноги переломать, споткнувшись, — пояснил свое поведение товарищу. — Тебе советую действовать также.
— Ладно, — вздохнул здоровяк, и последовал моему примеру.
Так мы и двинулись, словно два лунатика, медленно бредя в густом тумане, вздрагивая и шарахаясь от встающих на пути теней, что кружили вокруг нас словно стая акул в ожидании скорой поживы.
К моему вящему удивлению, никакой стены не обнаружилось ни спустя несколько шагов, ни спустя пяток минут неспешного хода. И это вызывало нешуточное беспокойство, ведь я был стопроцентно уверен, что верно определил наше местоположение. Однако на пути нам ничего похожего не встретилось, зато стали попадаться странные и страшные конструкции из колюще-режущих орудий убийства, с насаженными на них расчлененными телами и отрубленными конечностями, а кое-где и головами, с выпученными глазами и искаженными предсмертными гримасами ликами.
Подходить и проверять реальность этих жутких скульптур не было никакого желания, однако, пересилив себя и убедив в нереальности неприятного зрелища, я все же подошел почти вплотную и коснулся одного из обрубков. Пальцы ощутили прикосновение к чему-то явно материальному, а в следующий миг я отпрыгнул в сторону и, не удержавшись на ногах, упал на спину, с содроганием наблюдая за произошедшими метаморфозами.
Мерзкая композиция ожила: тела и обрубки рук и ног задергались на остриях, будто стараясь дотянуться до нарушителя их спокойствия, головы беззвучно разевали рты и кривили губы в жутких гримасах, вращая выпученными глазами. Было от чего испугаться. Свен вон вообще стал белее мела и весь трясется, словно от лютого холода. Я, наверное, выгляжу не лучше, пальцы дрожат как у хронического алкаша и сердце колотится о грудную клетку с бешеной частотой. Ну его нафиг такие эксперименты проводить, эдак и нервное расстройство заработать можно. В случае встречи с такими вот хреновинами лучше будет их обойти.