Вот это история! Так вот, значит, кому я обязан этой вкусной рыбкой! Ну, спасибо, учитель Ху Ли, хоть здесь удружил. А то до этого от нашей с ним связи мне доставались одни лишь неприятности да головная боль.
— Но почему вы не покинули это место? — задал вполне резонный вопрос старина Минг. — Неужели всё из-за той кипящей ловушки?
— Всё куда сложнее, — поскрёб голову Лушака. — После того как учитель Ху Ли пожил среди нас и убедился, что люди для нас — больше не еда, он великодушно предложил подняться нам на поверхность. Но, подумав, мы отказались. Люди бы нас не приняли, а сородичи не поняли. Нашим потомкам, вкусившим мудрость учителя Ху Ли, не было места под Солнцем. Они бы стали чужаками и там, и там. Здесь же, под сводами лабиринта Чегаль мы нашли то, что всегда искали — покой. Благодаря подземному озеру и его морским дарам нам больше не нужно думать о том, как прокормить своих детей. А большего нам и не надо… А ещё от побоев Спасителя мы, кажется, растеряли весь свой боевой дух. От воспоминаний о тех днях у меня до сих пор выпадают волосы, настолько сильно он нас колошматил. Я уже даже и не упомню, сколько зубов он мне тогда выбил.
— Яс-с-с-сно, — протянул я, засовывая в рот уже не ломоть, а целый многослойный бутерброд из сырой рыбы.
Теперь хотя бы понятно, почему эти страшные людоеды на поверку оказались ничем не лучше каких-нибудь соевых хипстеров. Особенно их молодняк. Этим бы ещё растаманскую шапочку да косяк в зубы для полного соответствия, и порядок.
Судя по всему, учитель Ху Ли был тем ещё дьяволом, раз сумел довести кровожадных хищников степи до такого жалкого состояния. Честно говоря, после рассказа Лушаки, я лишь сильнее обрадовался тому, что не сумел его повстречать…
— А ты, значит, пришёл посмотреть на его могилу? — поглядел на меня Лушака.
— Могилу? Чью могилу? — всё ещё не понимая, о какой могиле идёт речь, уточнил я с набитым ртом.
— Учителя Ху Ли, чью же ещё? — пожал плечами людоед. — Он предупреждал, что рано или поздно кто-то нагрянет…
Глава 18
— Ах…ах… Ну куда же ты тычешь⁈ Давай как-то понежней!
— Прости, у меня это впервые.
Кто-то мог бы подумать, что эти голоса принадлежали страстным любовникам, впервые дорвавшимся до плотских утех. И, правды ради, Чень Сифень поначалу так и подумала, однако довольно скоро она вспомнила, что кроме неё в этом доме проживают только три здоровенных дикаря.
Осознание этого факта не на шутку раззадорило повидавшую всякого наставницу, и та решила расследовать странное происшествие. Следуя за подозрительными звуками, она поднялась на второй этаж.
— Да не туда! — доносилось из приоткрытой двери. — Ты опять промазал!
Не в силах совладать с любопытством, наставница решила к ней приблизиться. Не то чтобы она так уж страстно желала стать свидетелем чужого порока, просто ей, как и любой женщине, была присуща тяга к запретному. А что может быть более запретным, чем чистая мужская любовь, да ещё и в исполнении двух потных мужиков? Такое ведь не каждый день увидишь! Тут хочешь не хочешь, а одним глазком к щёлочке да примкнёшь. Ну, или не одним…
Осторожно ступая, Чень Сифень подкралась к интересующей её двери, из-за которой всё это время продолжали доноситься будоражащие кровь охи и вздохи.
— Ох, да что же ты творишь⁈ А ну, спускай штаны, сейчас я тебе покажу, как это делается!
Эти слова стали последней каплей, переполнившей чашу воображения Чень Сифень, так что она без раздумий прильнула к приоткрытой двери. Глаза наставницы жадно ощупали помещение в надежде отыскать то, что она так страстно искала. И вскоре ей это даже удалось.
Двое полуголых мужчин и впрямь предстали перед её взором, вот только делали они совсем не то, о чём она всё это время думала. Лидер дикарей Хуи Лан зачем-то тыкал своего подчинённого Бом Чже чем-то острым. Причём тыкал в весьма пикантном месте.
Чень Сифень с удивлением присмотрелась к оружию в его руке. Это был странный цилиндрический кинжал, на месте лезвия, у которого виднелась тончайшая игла. И как раз сейчас эта самая игла по самое не балуй вонзалась в крепкую ягодицу Бом Чжэ.
Странная картина настолько поразила Чень Сифень, что на некоторое время она позабыла о том, как дышать. Ну а когда, наконец, вспомнила, как это делается, то всё уже закончилось. Бом Чже спешно натягивал на себя штаны, а его мучитель Хуи Лан зачем-то окунал странное орудие в стоящую неподалёку чашу, от которой так и разило крепким алкоголем.
Рядом же с этой чашей стояла ещё одна, уже поменьше. И вот она-то, как раз таки, и была причиной столь сильного удивления Чень Сифень. От небольшого керамического сосуда так и разило сильным эликсиром. Нос наставницы Эмей, чья секта испокон веков славилась своими зельями, без труда уловил знакомые запахи. Причём сочетание этих самых запахов могло повергнуть в шок даже самого опытного мастера-зельевара. Тот, кто изготовил этот эликсир, мог без малейшего сомнения именоваться гением, талантом, рождающимся раз в тысячу лет.
Осознав это, наставница по-новому взглянула на странный кинжал в руках дикаря. Теперь она, кажется, поняла, для чего он нужен и почему несколькими секундами ранее торчал из зада второго дикаря. Сомнений быть не могло! При помощи этого необычного инструмента они вводили друг другу эликсир! Другой вопрос, зачем они это делали? И главное, как такое возможно⁈
Повстречав на своём жизненном веку множество гениальных аптекарей, мастеров ядов и зельеваров, она ни разу даже не слышала о том, что эликсир можно вводить напрямую в тело.
Объяснение всему происходящему могло быть только одно: у Небесного клана появился тот, кто на голову превзошёл всех, кого она прежде встречала. Некто, кто сумел открыть новое таинство в сфере зельеварения. Истинный гений аптекарского дела!
От осознания этого простого факта у Чень Сифень на мгновение закружилась голова. Появление столь грозного аптекаря на стороне Небесного клана не сулило Альянсу Мурим и уж тем более секте Эмэй ничего хорошего.
Наставница Сифень поняла, ей срочно нужно передать эту весть в Изумрудный дворец!
Могила легендарного основателя Ху Ли! Не думал, что когда-нибудь увижу её вживую. Да и, честно говоря, не особо-то и хотел, но чёртов Минг мне и здесь удружил. Этот лысый поганец, как только услышал от Лушаки данную новость, так тут же бросился упрашивать бывшего людоеда отвести нас к этой самой могиле. Ему, видите ли, жуть как хотелось посмотреть на последнее пристанище нашего великого основателя.
Но было и ещё кое-что. К моему глубочайшему удивлению, карта, выданная Чегалю, также вела нас в ту же самую сторону. Поэтому независимо от моего желания проследовать мимо могилы Ху Ли мне бы всё же пришлось.
Одно хорошо, провожая нас в добрый путь, людоеды не поскупились на припасы, так что теперь в моей шерстяной торбе своего часа ждали: без малого три кило слабосолёной рыбы и здоровенный кожаный бурдюк с пресной водой.
Что же касается моих спутников, то они от гостеприимства бывших людоедов почему-то отказались и отправились в путь налегке. Ещё и на мой бурдюк с водой так подозрительно поглядывали…