— Как они могут ревновать, если это их всех жена?
— Ну прям совсем?
— Совсем. Наверное.
— Ну вот тебе совсем-совсем радостно было бы смотреть, как брат идет с твоей женой в спальню?!
— Так это и его жена тоже.
— То есть тебе дела нет?
— Нет.
— У тебя сколько братьев?
— Нисколько. Я один.
— А если сосед косо посмотрит на твою жену, тебе тоже дела нет?
— Как это посмотрит?
— А вот так! — И француз изобразил вызывающий страстно-испепеляющий взгляд и помотал бровями.
— Нет. Сосед так не посмотрит. Его убить могут.
– А-а!!! – завопил класс, довольный, что ревность существует и в Тибете, и значит, если Шекспир покопался бы там повнимательнее, то все бы там нашлось. Все как у людей.
Но меня беспокоил другой вопрос:
— А что, если жене не захочется исполнять супружеские обязанности с каким-то из мужей?
— Как это не захочется? — удивился Нджи, ход европейской мысли опять ставил его в тупик. — Как не захочется? Это ее обязанность.
Девушки наперебой начали объяснять:
— А так вот и не захочется!
— Ну не нравится один, хоть режь!
— Ну не может она с ним идти, со всеми без проблем, а с этим — ну никак!
Француз и венгр в один голос, радостно:
— А это уже ее проблемы!
Девицы загалдели, начался базар стенка на стенку, который клубился бы еще долго, но смолк в одно мгновение, разбившись о тихий голос Нджи:
– Нет. Это как раз – его проблема. Его большая проблема.
Мы затихли. И он поведал нам грустную историю о том, что если случится, что одного мужа жена невзлюбит так, что превозмочь уже никак, то начинается черная полоса в жизни мужчины.
Сначала, когда неприязнь еще не озвучена официально, он просто будет стараться изо всех сил, чтобы заслужить ее расположение, но если и это не приводит к нужному результату, то в игру вступает последняя карта: к женщине на поклон приходит свекровь.
Она будет просить и обещать, лишь бы сыну было позволено остаться. Женщина, безгранично уважая возраст свекрови, может принять ее просьбу и оставить мужчину в доме.
В этом месте класс замер… Как изменился мир!
Тишину нарушил француз, как наименее сочувствующий тибетской модели семьи:
— И что будет, если она скажет «нет»?
— Тогда ему нужно уйти. Пути у него два — в монастырь или в наемные работники, жить при каком-то доме и работать за еду и кров.
Мы опять немножко пошумели. В разных концах земли заикали далекие свекрови. Мне определенно нравился тибетский вариант:
— Скажи, а мужчина может помогать женщине по дому или это считается только женской работой?
Он не понял вопроса. Но я не унималась и настойчиво пыталась выяснить — кто в доме моет посуду на такую прорву людей?
Оказалось, что домашние обязанности тибетской женщины мало отличались от европейских, исключалось только одно — женщина не могла работать на земле, сельскохозяйственные работы выполняли мужья.
— Ну а там, обед приготовить или посуду помыть мужчина может?
— Но он же занят делами вне дома.
— Хорошо, а если, предположим, снаружи все сделано, он может помыть посуду или подмести пол, или он не станет этого делать ни при каких обстоятельствах, как, например, у мусульман?
– A-а… конечно, может, почему нет? Если он освободился, то будет выполнять любую работу внутри дома, если нужна его помощь.
— Скажи, Нджи… — вдруг задумчиво подала голос училка, сидевшая среди учеников. — А как ты стал монахом?..
Он улыбнулся:
— Родители отдали меня в монастырь, когда я был подростком. Это большая честь для семьи, если кто-то из детей станет монахом. Обычно отдают девочек, но у меня нет сестер. Я один у моих родителей.
— А как быть остальным женщинам?
— Каким остальным?
— Ну тем, которые не выйдут замуж.
— Что значит не выйдут? Которые не хотят замуж — становятся монахинями.
— Нет, которые не хотят в монахини.
— Тогда идут замуж.
— Так на всех мужей не хватит!
— Как не хватит? Это женщин не хватает, мужчин всегда больше.
— О, а в Европе наоборот.
Нджи вздохнул — там хорошо, где нас нет.
— Как же быть тем, кому не хватит семей-братьев?
Он опять не понял, ему опять объясняли, наконец, он заулыбался:
— Вы хотите сказать, что какой-то женщине может не хватить мужчины?
— Да!
— Такого быть не может: если женщина хочет выйти замуж, она всегда найдет за кого, остаться одному — проблема мужская. Она может позвать одного из младших братьев, и они будут жить сами, но в деревнях, на земле, так не проживешь, нужно много мужей.