Пятеро из стражи постояли ещё с минуту: светящиеся копья и защитные руны начали тускнеть.
— Отбой! — скомандовал бас. — В патруль!
Не произнеся ни слова, стража покинула пост и ушла патрулировать.
Облегчённый выдох Тона, вывел меня из оцепенения.
— Что это было, Ган! — тут же послышался голос Рогира у самого уха. — Ты что творишь, дебил! Смерти нашей захотел?
Я молчал. Мне нечего было ответить. Сказать, что я решил вдохнуть раду? Значит, выдать себя. Я не хотел, чтобы кто-то знал про изменения Гана. После того как я увидел все те вещи, услышал и почувствовал Лес, я был уверен, что наличие духовного корня мне не привиделось. Да, надо искать раду в деревне. Если попалась одна частичка, будет и ещё. Надо искать и узнавать, что всё это значит.
Я повернулся, собираясь идти следом за Тоном и Румой. Они уже подхватили свои инструменты и принялись рубить побеги, будто минуту назад Лес не дышал опасностью. А может быть, они её и не видели?
— Стой! — потребовал Рогир. — На сегодня ты без работы. Не собираюсь следить за тем, как бы ты нас не угробил.
— Но… — чёрт, мне срочно требовалось что-то сказать, ведь я должен был заработать денег на Эликсир. Только вот что? Я не знал, что делаю? Это вызовет ещё больше вопросов. Да и чего именно я не знал?
— Что но⁈ — не выдержал Рогир. — Вы все тут — корм! Неужели не ясно? Без корня в лес не суйся! Лес не любит таких, как ты. Лес убьёт тебя и тех, кто будет рядом. Это знает с детства каждый, кто рождён здесь. Какого чёрта ты сунулся туда?
Он всё ещё ждал какой-то разумный ответ.
— Я просто запнулся за побег. Простите, этого больше не повторится. Я должен работать сегодня.
— Нет! Вали домой. Проспись. Придёшь завтра.
Да как ему сказать, что для меня завтра не будет, если я не добуду Эликсир?
Но, похоже, придётся идти другим путём.
И тут я вдруг понял, что мне говорил Рогир.
Лес реагирует на отсутствие корня. А он у меня был. Похоже, весь сыр-бор оттого, что Тон кинулся спасать меня. Это ОН вызвал реакцию Леса! ОН без корня сунулся на его территорию. Но перекладывать ответственность на того, кто попытался меня спасти?.. Нет, делать такое я не собирался. Пусть уж лучше Рогир думает, что я не проспался, что я неуклюжий. Но подставлять Тона не стану. И без сомнительных поступков справлюсь.
Плевать! Найду другой путь, как выжить.
Рогир уже развернулся и шёл прочь.
Ну и ладно.
Я оглянулся. Тон и Рума смотрели в мою сторону. В их взглядах читалась не то обида, не то сожаление. Я помахал им рукой, но они не ответили. Отвернулись, уткнулись каждый в свой участок земли и продолжили выкорчёвывать побеги.
Лес наступал по всему периметру. Я видел это ясно. Все жители деревни, кто не имел духовного корня, были здесь и работали — защищали деревню от надвигающейся угрозы. А остальные? Где остальные? Понятно, что есть стража — воины, которые охраняют деревню, прибегают спасать нерадивых, шагнувших на запретную территорию. Но ведь это не могут быть все?
Я вспомнил, что в деревне, рядом с Базой были травники. Они добавляли разные сборы в основу из кристаллов и готовили эликсиры. Нет! Не так. Обрывки памяти Гана снова решили мне что-то подсказать. Я словно вспоминал то, чего никогда не знал.
Травники действительно собирали травы, но не готовили эликсиры. Этим занимались лекари. Они брали то, что приносили сборщики кристаллов — рыхлый цветной порошок и то, что давали травники — свежие сборы из Леса. Значит, кто-то в Лес ходил, как к себе домой?
На этот раз память ничего не подсказала. Видимо, Ган не всё знал.
Ладно. Надо решать вопрос с эликсиром. Иначе не видать мне завтра как своих ушей.
А значит, надо искать лавку лекаря. Кажется, там по подсказкам голоса в голове я могу найти Эликсир серебряного касания за 5 дзи.
Возвращаться в деревню было неприятно. Словно я уходил на войну и вернулся, даже не успев дойти до поля боя. Развернулся, струсил, не справился. Чувство неприятное, но я понимал, что мне придётся это пережить. Я оплошал. Даже то, что я выяснил много всего о жизни в этом мире, не скрашивало моего разочарования.
Будь я чуть дольше здесь, мог бы как-то надавить на Рогира, обмануть, схитрить. Но я ничего не знал об этом человеке кроме имени. Да и то, вспомнил его Ган.
Ладно. Заработать и украсть — не все возможности. Можно просто поговорить. Попросить у лекаря в долг. Заверить, что отработаю. Может быть, предложить обмен, бартер. У меня почти ничего не было, кроме одежды на мне и неисследованного дома. Но я сильно сомневался, что в доме было хоть что-то ценное. А если и было, принадлежало оно Гебу. Воровать у брата я точно не собирался.