Мальчишка закричал, попятившись, и споткнулся.
Между тварью и ребёнком возникла фигура. Лира.
Она не была воином. Она не стояла в строю. Но в её руках был кухонный нож, тот самый, из улучшенного железа, с пятнадцатипроцентным бонусом к разделке.
Чернокоготь прыгнул. Лира не попыталась ударить его в ответ: она инстинктивно ушла в сторону, как уходила от брызг кипящего жира, и полоснула ножом наотмашь.
Острое как бритва лезвие, предназначенное для резки кабаньих жил, с лёгкостью вскрыло брюхо твари в полёте.
Чернокоготь взвизгнул, рухнул на камни двора, заливая их чёрной кровью, но не умер. Он изогнулся, хлестнув лапой, и сбил Лиру с ног. Когти порвали рукав её платья, оставив длинные красные полосы на руке.
Тварь подобралась для добивающего броска.
Эрик влетел в неё сбоку.
Он не бил копьём: дистанция была слишком короткой. Он ударил древком, как дубиной, отбрасывая тварь от Лиры. Чернокоготь перекатился, мгновенно вскочил на лапы и кинулся на Эрика.
Удар когтей.
Отвод.
Память тела сработала. Эрик подставил древко, чуть провернул его, пропуская когтистую лапу мимо себя.
[Навык «Ближний бой»: контрудар активирован]
Он отпустил копьё левой рукой, выхватил с пояса тесак и всадил его в шею твари. Сила 13 плюс бонус контрудара, плюс качество улучшенного железа. Лезвие перерубило позвоночник с влажным хрустом. Тварь рухнула.
Второй чернокоготь, спрыгнувший со стены, уже бился с Браном. Стражник работал мечом и щитом, тесня тварь к стене, не давая ей пространства для манёвра. Короткий взмах, блок, укол: тварь осела с пробитой грудью.
— К баррикаде! — рявкнул Бран, не останавливаясь. — Они продавят Тоба!
У пролома дела были плохи. Тоб и Марк вдвоём пытались сдержать троих. Щит Марка был исполосован когтями, сам он тяжело дышал. Тоб действовал отчаянно, но медленно.
Один из чернокогтей, тот самый вожак четвёртого уровня, нашёл брешь. Он не стал прыгать на копья. Он рванул когтями бревно баррикады, вырвал кусок дерева и протиснулся в щель, оказавшись вплотную к Тобу.
Удар когтистой лапы пришёлся крестьянину в плечо.
Костяные пластины, которые Рен нашил на жилет, выдержали первый удар, но второй, снизу вверх, прошёл под броню. Тоб закричал, роняя копьё. Кровь брызнула на камни.
Вожак оскалил пасть, готовясь вцепиться Тобу в горло.
Сверху ударила стрела. Тим, свесившись с перил башни, всадил её точно в спину твари. Вожак зашипел, обернулся.
Этого хватило.
Бран ударил копьём в бок твари, а Марк, крестьянин с раненой ногой, который неделю назад не мог ходить, шагнул вперёд и обрушил кромку своего окованного железом щита прямо на безглазую морду чернокогтя.
Тварь отшатнулась. Эрик, подбежав, сходу всадил тесак в её незащищённое брюхо.
[Чернокоготь-вожак повержен]
[Опыт получен: +60]
Как только вожак пал, что-то в поведении стаи сломалось. Безглазые твари, всё ещё бившиеся за баррикадой и на кольевом поле, вдруг перестали атаковать. Они замерли, повели мордами, улавливая запахи смерти и крови своих сородичей, а затем, как по невидимому сигналу, развернулись и растворились в темноте.
Шум боя оборвался.
Осталось только тяжёлое дыхание людей, треск факелов и булькающие звуки, которые издавали умирающие на кольях твари.
Эрик стоял, опёршись на копьё. Стамина: четырнадцать из девяноста. Руки тряслись мелкой дрожью: адреналин уходил, оставляя после себя пустоту и сосущую боль в мышцах.
— Тоб! — голос Нэлы разрезал тишину. Знахарка уже бежала через двор с корзинкой в руках.
Крестьянин сидел на земле, прижимая здоровую руку к рваной ране на плече. Лицо его было серым. Лира, шипя от боли в собственной расцарапанной руке, помогала ему удерживать ткань на ране.
— Жить будет, — быстро сказала Нэла, осматривая рану. — Крупные сосуды целы. Мясо порвано глубоко, но кость не задета. Занесите его в кухню. Нужна горячая вода и чистая ткань.
Марк и Бран подхватили Тоба под руки и понесли.
Эрик посмотрел на свои руки. Кровь. Чёрная, густая.
Он обернулся к башне.
— Тим! Фен! Не спускаться. Смотреть в оба. Они могут вернуться.
— Понял! — отозвался Тим. Его голос дрожал, но лук он держал крепко.
Эрик заставил себя подойти к баррикаде.
Восемь туш. Три во дворе, пять снаружи: на кольях и у брёвен. Это не считая тех, кто ушёл с отравленными стрелами в боках и умрёт где-то в чаще.
Бран вернулся из кухни. Его доспех был заляпан чёрным, на скуле темнел кровоподтёк, но в целом стражник был цел.