- А теперь oбъясни, что ты имела ввиду, когда предлагала «делить родственников»? - спросил Най на правах старшего.
Посуда уже была убрана, стол протёрт, а никто не расходился, потому как ещё не поздно и зачем разбегаться, если вместе им хорошо? Нет, так не будет всё время, но сейчас, когда братья с сестрой друг по другу соскучились…
- Ну а как ты думаешь, твоё письмо произвело эффект разорвавшегося пульсара! Разумеется, то, что вы втроём тут затеваете что-то интересное и приглашаете других членов семьи, разнеслось среди родственников моментально и даже стало поводом собрать что-то вроде семейного совета, – развела руками Аяна.
- И что решили? – тут же переспросил Ли.
- Нет, сначала скажи, что обсуждали, – перебил его Най.
- И кто первым назвал нашу затею авантюрой? – хитро сощурилcя Ли.
- Папа, - засмеялась Аяна. – Конечно же, это был папа. Мама как всегда выступила в поддержку любых начинаний своих детей, ну и, зная её характер…
Ли заухмылялся. Это Най уже несколько лет жил своим домом, не под крылышком у родителей, а его матушка только-только напутственным пинком выпихнула в самостоятельную жизнь. И не куда-нибудь поблизости, в соседний городок, а сразу чёрте куда, к самому берегу моря.
- Ну и кого? – Най азартно сверкнул глазами.
- Да тех, в основном, кто дома пристроиться толком не смог, - сестрица пожала плечами, как бы сожалея об очевидном. - Кузина Вая, дядюшка Их, кузен Оль с кузеном Юл.
Най и Ли переглянулись и сказали, буквально, в один голос:
- Дядюшка Их.
Почему он, вопроса у неё не возникло. Главным талантом дядюшки было создание стеклянных цветов, сложных, артефактных, которые даже расти и меняться до некоторой степени были способны. Но товар это дорогой, штучный, требующий времени, мастерства и недешёвых материалов, на который в их провинции охотников находилось не так, чтобы много. Возможно, в большом городе дядюшка Их-О-Ши получит большее признание.
- Только он? А почему? - полюбопытствовала Аяна. - Кузина Вая, помнится, очень неплохие детские игрушки делает и не была бы вам в тягость. По крайней мере, сумела бы себя сама содержать.
- Кузина Вая остаётся под вопросом, - признал её правоту Най. - Она, действительно, в своей нише очень неплохой мастер. Но, давай начистоту, сестрёнка, иметь под боком женщину, которая бесится от неустроенности личной жизни, то ещё удовольствие. А ты сама видела, нам тут и без того есть чем заняться.
- В её защиту могу сказать, что на личную жизнь кузина махнула рукой, а изменить место жительства хочет, потому как последствия активных поисков не дают жить спокойно. Я имела с ней приватный и очень личный разговор на эту тему.
- Ладно, - Най пожал плечами. - Если она как-нибудь сама и с нею не придётся носиться, то пусть приезжает, тольқо не прямо сейчас, а когда нам будет, куда её поселить. Α то сама видела, что у нас тут. Но уж весёлую парочку Оль и Юл я тут видеть не хочу. Пусть с ними их родители и дальше нянькаются, раз воспитали оболтусов.
- И на первое время двоих нам, пожалуй, хватит, - прикинул Ли. - О последующем расширении семьи можно будет потом, попозже подумать.
Аяна согласно кивнула: примерно такого исхода переговоров она и ожидала. Кузину Ваю она отстояла, а возиться с великовозрастными обалдуями, действительно слишком разбалованными родителями, и сама бы не стала. И ведь не хотят они сыновей в свободное плаванье отпускать (как это сделали с тем же Ли), непременно нужно к кому-нибудь под крылышко, чтобы позаботились и присмотрели. Кому нужна эта головная боль?
А вот о магической составляющей переезда к братьям и вступлением в другую, пусть и Семью следует рассказать более настойчиво и подробно. А то все, да и чего греха таить, сама она, как-то пропустили этот аспект мимо ушей. А Родовой Камень – не та штука, к которой можно относиться легкомысленно.
ГЛАВА 2.
Подготовка к встрече со старухой Тарай-Ё-Рией носила в основном моральный характер. Дом-то поддерживался в относительном порядке, а навести порядок абсолютный при наличии на весьма ограниченном пространстве троих взрослых, двоих шнышей и весьма активного ребёнка с шустрым питомцем было решительно невозможно.