Она попросила водителя куда-нибудь свернуть и держаться подальше от воды и от военной верфи. Не хватало еще, чтобы она закатила истерику от страха.
Шофер послушался, и вскоре море исчезло из виду.
Когда повозка остановилась, Сиони щедро заплатила, дождалась, пока повозка развернется и покатит обратно в Уотерлувилл, и лишь после этого двинулась дальше.
Сиони окинула взглядом дорогу, которая расстилалась перед ней. Справа и слева росли высокие деревья. Какая глушь! Да тут с трудом могли бы разъехаться две моторные повозки, подумала Сиони.
А действительно ли здесь везли под конвоем Сараджа или же она допустила грубую ошибку в своих расчетах? Несомненно, маги из Уголовного департамента должны были использовать окружной путь, а затем пересесть на паром, который связывает Хаслар и Портсмут (если, конечно, они не побоялись переправлять преступника морским путем, и не важно, был при этом Сарадж связан или нет).
Прохладный пахнущий солью ветерок приласкал Сиони и направил ее мысли к океану. Она помнила, как два года назад стояла на берегу острова Фаулнесс возле Лиры-Потрошительницы. И Лира – вряд ли превзошедшая уровень подмастерья, – капнув кровь в воду, призвала огромную волну. Та нахлынула на Сиони и испортила ее бумажные заклинания.
А Сарадж Пренди, вероятно, запросто способен устроить настоящий шторм – ему ведь нужно только получить в свое распоряжение необходимое количество крови.
Сиони взглянула на солнце, прищурилась и заставила себя встряхнуться. Сейчас не время для пустых рассуждений.
И она зашагала по дороге.
Примерно через час Сиони дотронулась до бумажной звездочки с надписью «в 1744 г.» и восстановила свою Привязку к бумаге. Сойдя на обочину, Сиони отыскала полянку, не слишком заросшую травой и вереском, опустилась на колени и занялась Складыванием. У Эмери имелись строгие правила насчет Бумажной магии (впрочем, довольно забавные), но Сиони не могла таскать с собой деревянную доску и линейку. Можно Складывать и на коленке: главное – быть внимательным, а больше ничего и не требуется.
Сиони смастерила четырех певчих птичек – обычное волшебство, которое она освоила еще в начале стажировки. Две белые, одну желтую и красную.
– Дышите! – приказала Сиони.
Бумажные птахи, которых Сиони наделила жизнью, встрепенулись у нее в руках. Она поспешила схватить их за брюшки, чтобы они не улетели по собственной воле.
– Мы ищем кое-что особенное, – прошептала Сиони прямо в бумажные клювики. – Осмотрите область в радиусе пяти миль. Ищите обломки карет, следы неуправляемых повозок, в общем, какие-нибудь признаки драки или побега. Высматривайте петляющие следы, оставленные людьми. Примечайте кровь на мостовой или на земле. Ваша цель – тощий узколицый индус.
Она сосредоточенно помолчала.
– И любые зеркала или другие куски стекла, которые окажутся на улице и вдали от верфи.
Если удача не изменит Сиони и она найдет зеркало, в котором отражается большой участок местности, она нырнет в прошлое и увидит Сараджа своими глазами.
– А потом возвращайтесь ко мне, – добавила Сиони.
Птички захлопали заостренными крылышками, и Сиони выпустила их, позволив мимолетному порыву ветра унести их в небо. Белая и красная бок о бок направились к городу, а другие разделились: одна устремилась к побережью, а другая – обратно по той дороге, по которой прибыла Сиони.
Любой прохожий принял бы их за почтовых голубей. А если их заметит Сарадж, то не исключено, что и они засекут и его. Обоюдоострый меч лучше, чем голые руки.
И Сиони двинулась дальше.
Она шагала по дороге, не забывая посматривать на часы. Возможно, Эмери задержится в Дартфорде, и ее тревоги насчет опоздания окажутся излишними, но она сомневалась, что ей повезет. Бумажный маг не очень любил деловые поездки независимо от того, сулило ли начальство щедрое вознаграждение или нет.
От Эмери мысли Сиони перешли к отвратительной сцене на Парламент-сквер. «Значит, родители обсуждали ее и Эмери», – думала она на ходу. О чем же еще говорили мать с отцом, да еще так громко, что Зина их услышала? Грубить Зина умела не хуже, чем Сиони. Она рассердилась на сестру? Конечно, но прежде всего, она волновалась о судьбе родных. Мог ли Сарадж знать, как они выглядят? Но даже если Сарадж и не удрал из страны, он пока не мог добраться до Лондона, тем более пешком. И вообще, зачем ему лезть в густонаселенную столицу? Если только у него не было намерения податься именно в Лондон… но Сиони представить себе не могла, с какой стати он стал бы столь сильно рисковать.
А если он жаждет расправы с ней или с ее сестрами, братом и родителями?