Как ей не хватало общества Эмери! А когда Сиони думала о том, насколько сильно мг. Бейли оскорбил Эмери, не говоря уже о ней, у нее кровь стучала в висках.
Сиони спустила Фенхеля на пол и с силой врезала кулаком по матрасу.
Вряд ли она сумеет сладить с мг. Бейли! Что за невозможный тип!
Сиони развернула свиток и пристроила его на столик для завтраков, постепенно превращавшийся в письменный. Итак, что там мг. Бейли написал насчет приспособлений для бегства?
Чем скорее она покончит с аттестацией и покинет тюрьму мага Бейли, тем лучше.
Глава 9
Вечером Сиони, согнувшись над стеклянным столиком, потирала правый висок, где угнездилась головная боль. Одной рукой она прижимала раскрытую на середине толстенную тетрадь, а другой удерживала в развернутом состоянии свиток мг. Бейли.
«№ 24. Что-нибудь для переправы через реку».
Сиони принялась грызть измочаленный кончик карандаша. Неужели ее заставят переправляться через реку при помощи Бумажной магии? Насколько она знала, аттестации не бывают выездными, но, с другой стороны, Сиони твердо усвоила – нельзя рассчитывать только на удачу, если дело касается магов, а особенно Складывателей. Эмери внушил это Сиони в первый же день обучения.
Переправа… Мурашки побежали по рукам и спине Сиони. Она зябко повела плечами. А вдруг от нее потребуют демонстрации бумажного устройства? Но она не позволит своей водобоязни снизить шансы на получение вожделенного диплома.
Она не должна провалиться – вот и все
Тяжело вздохнув, Сиони прочла пункты тридцать два и тридцать три.
«Средства для вызова бури».
«Средства для защиты от дождя».
Значит, три задания связаны с водой. Хотя в буре нет ничего страшного. Пожалуй, Сиони сумеет создать иллюзию непогоды, например, можно Сложить дюжину заклинаний в форме дождевых капель или снежинок, которые будут падать с потолка.
Что касается задания укрыться от дождя – настоящего, надо полагать, – в памяти Сиони возникла та ночь, когда они с Эмери ехали в моторной повозке и свалились в реку. Тогда Эмери использовал скрывающее заклинание. Оно формируется в виде купола, как зонтик. Если заклинание немного усовершенствовать, оно в принципе может на некоторое время укрыть от дождя.
Сарадж.
Сиони тряхнула волосами. Ту катастрофу, несомненно, устроил Сарадж, но сейчас ей не следует тревожиться из-за Сараджа. Ей необходимо сосредоточиться на аттестации – маг Бейли, вероятно, считает, что она опозорится на весь Лондон.
А Сарадж до сих пор в Англии, – проговорил голос у Сиони в голове.
Сиони кинула карандаш на стол и потерла глаза. Давай же!
В дверь постучали.
Сиони отняла руки от лица, а Фенхель задорно замахал хвостом. Затявкав шуршащим голоском, песик помчался к порогу.
Сиони хотела остановить бумажную собачку, но решила, что маг Бейли не полезет на верхний этаж для разговора со строптивой ученицей. Да и о чем с ней беседовать? Не станет же он просить прощения?
– Войдите, – сказала она.
Дверь скрипнула и приоткрылась, и в щель просунулась голова Беннета.
Взгляд его голубых глаз упал на Фенхеля.
– Ого! – воскликнул парень и, наклонившись, прикоснулся к загривку Фенхеля.
Когда Беннет осознал, что бумага не помнется от его прикосновения, то погладил собачку смелее.
– Ну и псина!
– Его зовут Фенхель, – улыбнулась Сиони. – Он очень общительный.
Фенхель гавкнул, уперся передними лапками в колени Беннета и принялся лизать его руку бумажным язычком. Сиони втайне надеялась, что на руке парня не останется порезов, как это иногда бывало с нею.
Впрочем, Беннет сразу выпрямился.
– Ты позволишь?..
Сиони жестом предложила ему войти.
Беннет затворил за собой дверь, чтобы Фенхель не сбежал, окинул комнату быстрым взглядом и уселся в кресло напротив Сиони.
– Я решил заглянуть и попросить прощения за манеры мага Бейли.
– А сам он не может это сделать?
– Маг Бейли привык, что называется, рогом упираться, если ты понимаешь, о чем я…
Фенхель как следует обнюхал ботинки гостя, после чего протрусил к кровати Сиони и улегся на ковре.
– Очень смутно, – уклончиво ответила Сиони.
Конечно, над Притом Бейли издевались в школе – и одним из главных мучителей был Эмери, – но ведь с тех пор прошло много лет. Нельзя ведь долгие годы лелеять старые обиды!