Сиони пересекла сцену и оказалась у возвышения, на котором красовалась печать мага.
Таджис-Прафф протянул ей правую руку. Сиони, конечно, не вспомнила, что надо ответить на рукопожатие, но внезапно почувствовала, как пальцы попечителя школы стиснули ее ладонь.
А в левой руке Таджис-Прафф держал новехонькую белую грамоту. Ее обрамлял узор в виде золотой лиственной гирлянды, а в самом низу виднелась его подпись, сделанная черными чернилами.
Но сначала Сиони увидела свое имя, выведенное крупными печатными буквами.
Маг. Она наконец-то достигла цели.
Аплодисменты стали громче, чем прежде, как будто раздавались со всех сторон. А может, они даже раскатывались с потолка и вздымались от пола. Сиони сжала рамку, украшающую свидетельство. «Маг Сиони Майя Твилл, Складыватель, Четырнадцатый район».
Она с новой энергией встряхнула руку Таджис-Праффа и быстро заморгала, стряхивая с ресниц навернувшиеся слезы.
Таджис-Прафф произнес краткое напутствие, и церемония закончилась. Свет Огневиков померк, и присутствующие начали подниматься с мест. Сиони поспешно спустилась в партер. Но не успела она ступить на ковер, как ее обхватили чьи-то крепкие руки. Отец!
Он поднял и закружил ее, радостно смеясь ей в ухо.
– Ай да девочка! – хохотал он. – Настоящий маг! Складыватель! – Он отпустил Сиони и обнял ее за плечи. – Нет, Ронда, ты только посмотри на нее! Выросла и освоила магию!
Мать Сиони промокнула глаза носовым платком, выдернула Сиони из отцовских объятий и поцеловала в щеку.
– Я очень горжусь тобой, – проговорила она срывающимся голосом. – Ты по-настоящему сможешь чего-то добиться!
– Она уже чего-то добилась, – поправил ее отец.
Сиони улыбалась так, что щеки болели, а сердце трепыхалось и билось все сильнее.
– Сиони! – Марго, самая младшая в семье, дернула Сиони за белую шерстяную юбку. – Значит, ты сделаешь нам бумажный дом!
Сиони рассмеялась.
– Но кто захочет жить в бумажном доме?
Марго насупилась. Вопрос, похоже, расстроил ее.
– Хорошая работа, сестра, – сказала Зина из-за спины Марго.
Она прижимала к груди альбом для набросков и осторожно, хотя и весьма пристально, рассматривала Эмери.
Сиони не знала, что означает такое поведение, но обрадовалась приходу Зины.
– Хотя и не скажу, чтобы меня привлекала подобная жизнь, сестренка.
– Зина… – вздохнула мать.
– А что? – осведомилась Зина. – Я поздравляю Сиони. Это называется иронией, мама.
– А когда будет торт? – заканючил Маршалл, братишка Сиони, уставившись на публику, покидающую зал. – Вы обещали, что будет торт, ведь обещали, да? Я есть хочу!
Сиони не слышала, что ответил ее отец. Прикосновение теплой руки к плечу сразу переключило ее внимание на Эмери Тейна. На нем была не форма мага, а застегнутая доверху палевая рубашка навыпуск и отлично отутюженные брюки: надевать один из своих излюбленных балахонов на сей раз он не стал.
Он заключил ее лицо в ладони и поцеловал Сиони в лоб.
– Ты великолепна, – тихо произнес он.
Сиони залилась краской под хрустально ясным светом его взгляда… и ощутила, что на нее смотрят и родители.
Она покосилась на них, но мать вроде бы ничуть не удивилась, а отец углубился в переговоры о десертах с Маршаллом.
Зина уже направлялась к выходу.
Нужно ли волноваться по поводу того, кто и что может подумать? – спросила себя Сиони и невольно улыбнулась до ушей. – Пусть делают, что хотят. Все идет как надо. Так должно быть – и так будет.
Эмери взял Сиони за руку, а когда их пальцы переплелись, прошептал ей на ухо:
– Не стесняйся. Теперь ты – не моя ученица.
Сиони тихо рассмеялась и провела ладонью по щеке, будто пыталась стереть румянец.
– Я почти разочарована, – шепнула она в ответ.
Отец вновь посмотрел на нее.
– Тогда отправляемся в кафе при пекарне Раффайо, если у тебя нет иных предложений, Сиони.
Она покачала головой.
– Звучит соблазнительно. – Она повернулась к Эмери: – Ты присоединишься? Места на всех хватит!
– Если не хватит, я переживу, – ответил он, и улыбнулся Сиони.
Он поднял руку Сиони к губам и поцеловал костяшки пальцев.
Сиони просияла. Но краешком глаза она следила за магичкой Эйвиоски: та общалась с каким-то магом.
Вскоре беседа закончилась, и незнакомец ушел, оставив Осветительницу в одиночестве.
– Только еще минуточку, пожалуйста, – сказала Сиони родителям и Эмери. – Я догоню вас в фойе.