Юля, неожиданно пришедшая в себя, подползла к напарнику, начала носовым платком счищать зеленую дрянь с его руки. Витя испугался, что кислота разъест тонкую ткань и обожжет девушку. Он вырвал платок и отбросил подальше. Потом парень обнял ее, чувствуя, как девушка дрожит всем телом.
Каменный монстр повернулся к ним. Витя увидел, что грудь его оплавлена зеленой слизью, но вряд ли гигант чувствовал боль. Сейчас же он вновь отвернулся, медленно вращая головой и сканируя пространство. Беринг или кто-то из его столь же странной команды позаботился об агентах, оставив с ними сторожа.
Юля, должно быть, подумала о том же, она прошептала еле слышно:
— Какой позор!
Прошло совсем немного времени, или целая вечность, трудно было осознать растянувшееся искаженное время. Темный зал энергоблока озарила вспышка ослепляющего света. Витя, хромая, побрел к пролому, оставшемуся от входа. И тут произошло нечто странное. Обшитый коричневой плиткой куб энергоблока сжался в точку, а за ним и весь мир, включая самого Витю, а потом все вернулось на круги своя. Парень даже не понял, случился ли весь этот мгновенный апокалипсис на самом деле, или от пережитого им завладела галлюцинация.
Он шагнул ближе к зданию. Пол там превратился в каток. Часть льда «выплеснулась» наружу, больная нога тут же поехала, но кто-то помог ему удержаться. Витя обернулся, Юля подсунула голову под его локоть, заставляя опереться на нее. Так они и похромали внутрь, с трудом удерживаясь, чтобы не заскользить. Их обогнал каменный друг, он нарочито тяжело наступал на лед, и тот трескался под его ступнями. По этим следам агенты смогли уже гораздо легче дойти к живому некогда шатру, где Беринг занимался чем-то привычно странным.
Едва войдя в энергоблок, Витя заметил Юлин пистолет и подобрал его. К счастью, он не вмерз в лед. Не дело терять табельное оружие. Да и патроны лишними не были.
Беринг сидел в позе лотоса, закрыв глаза, и на первый взгляд не делал ничего, но даже агент Физик, не имеющий с магией ничего общего, чувствовал, как энергия сгущается в воздухе. Ворочая головой, все еще на автоматизме выискивая возможную угрозу, на периферии зрения он заметил светящиеся голубые линии, складывающиеся в занятный и манящий узор, но, попытавшись из рассмотреть, не увидел ничего. Однако и списывать на галлюцинации от переутомления после всего, что с ними в этот день случилось, не стоило.
Со всех сторон доносились отзвуки битвы. Вите было стыдно, что он не принимает в ней участия. Конечно, можно сказать, что он здесь прикрывает спину ведущему, но с пятью патронами в двух стволах это было даже не смешно. Каменный исполин, замерший рядом, принесет пользы куда больше.
Наконец, Беринг закончил свою непонятную работу.
— Пойдемте на воздух, — сказал он.
Четверка его людей к тому времени уже собралась на площади перед бывшим входом. Они тоже выглядели усталыми, но довольными.
— Так-с, — потер Беринг руки, — сейчас поиграем в доктора.
Ребяткам сегодня досталось. У обоих обморожения и ожоги, в том числе и химические. Какой-то шальной прыгун прокусил нашему Физику ногу. Хорошо еще, что я заставил этим дуралеев надеть джинсы, а не их бесполезные деловые костюмы. Ну и догадался попросить Буля послать к ним на помощь каменного голема. Тупанул я, конечно, с их вооружением. Надо было потребовать, чтобы они взяли нормальные автоматы, а не пистолетики-пукалки.
Радиацию они тоже схлопотали, но несильную, я хорошо поработал над артефактами. У девочки контузия, но в целом моя персональная военно-полевая медицина поможет со всеми их маленькими бедами. Вылечив самое острое, я порылся в сумке и протянул Юле коробочку с кремом.
— Намажьте лица, а потом вы оба пройдитесь по ожогам на всем теле. Через час будете писанными красавцами.
Я подозвал Волну.
— Организуй нам источник с чистой водой, а лучше краник из стены. Буль поможет. Нам всем не помешает умыться.
Элементали, кстати, — молодцы. Смогли себя защитить. А после боя и подлечились сами.
Когда все умылись, я достал из сумки, точнее сотворил на ходу шоколадные батончики. Магические, хорошо подкрепят силы.
— Ладно, — объявил я, когда все привели себя в порядок. — Пора заняться тем, ради чего мы сюда приперлись.
Глава 23
За последние несколько часов агент Химик разучилась удивляться. Подумаешь, выросла из-под земли каменная чаша с проточной водой! Твари в реакторном зале поинтереснее были. Подумаешь, здоровяк Беринг походя притронулся к ее вискам, и голова, залитая чугуном, моментально прояснилась. Лечение не избавило девушку от апатии, что охватила ее после сражения, и не покидала, даже сейчас, когда тело исцелилось.
— Юля, придите в себя, — окрик Беринга прозвучал как пощечина. — У нас много работы. Где эти ваши проклятые отходы?
— Надо бы начать с ТВЭЛов в реакторах, — заставила себя ответить Химик.
— Они заморожены, — покачал головой Беринг. — Подо льдом с ними ничего не случится. Ближайшие несколько часов уж точно.
— Хорошо, — послушно кивнула Юля и ткнула пальцем в сторону очередного куба, отделанного белым «туалетным» кафелем. — Надо зачистить СХОЯТ.
— Кого? — искренне удивился босс. — Что за чудное слово?
Юле показалось комфортным обращение, которым пользовалась команда Беринга. Да и как еще называть начальство, если оно все из себя штатское и пришло не из Конторы. «Босс» и есть.
— «Сухое хранилище отработанного ядерного топлива», — послушно расшифровала Химик и зачем-то добавила очевидное, — там отходы и хранятся.
— Ну что ж, пойдем, посмотрим на ваш СХОЯТ. Интересно же. Никогда не был на настоящей Атомной Станции.
Они подошли ко входу. Босс жестом приказал всем остановиться.
— Чувствуете? — повернулся Беринг к своим людям.
— Там кто-то есть, — отозвалась Ветерок, остальные трое согласно кивнули.
— Агент Физик, Волна, приведите этого человека. Только бережно, он ранен. Остальным — прикрывать!
Вскоре Витя и женщина из команды Беринга вытащили на свежий воздух тело мужчины, на первый взгляд бездыханное, но вскоре Юля заметила, как вздымается его грудь на вздохе.
— Во что он одет? — поинтересовался Беринг, искавший пульс раненого на запястье.
— Форма карпатского полицейского, — чуть подумав, сообщил агент Физик. — Только фальшивая.
— С чего ты взял? — удивился босс.
— Слишком ткань хорошая, карпы на всем экономят.
— Как ты их приложил, «карпы»! — усмехнулся Беринг.
— Да все так местных зовут. Не слишком любезно, согласен, ну так их особо и не любят.
— Ладно, будем эту рыбку реанимировать. Что тут у нас? Множественные химические ожоги, три проникающих ранения, в том числе пробито легкое, сломаны ребра и, да, точно, пальцы на левой руке. Ну и контузия, куда же без нее. Ладно, если до сих пор не помер, то уже и не судьба. Волна, будь любезна, набери мне чистой воды.
Откуда взялась эта подробная диагностика, Юля не поняла. Беринг явно не осматривал пациента, только посидел, держа его за руку.
Помощница Беринга подбежала к появившейся из ниоткуда чаше, наполнила пробирку, которой секунду назад в руках у нее не было. Босс принял ее, замер на полминуты, осторожно зажав ее в пальцах. Потом он разжал раненому зубы, надавив в основание челюсти, и тонкой струйкой влил воду в его рот. Сперва ничего не происходило, Юля все ждала, когда начнется обещанная реанимация, а потом умирающий вдруг прекратил умирать. Лицо его порозовело, искалеченная левая рука сжалась в кулак и распрямилась уже с целыми на вид пальцами. Пленный судорожно задышал, будто пытаясь напиться чистым воздухом.
Первые слова пленный позорно произнес на родном английском языке:
— Holy shit!
И уж потом, опомнившись забубнил на карпатском, который Юля всегда воспринимала как пародию на русский, только делиться этими мыслями она разумно не спешила. Беринг положил руку на лоб пленного, и тот уснул.
— Позже, дружище, отдохни пока, — пробормотал он, — агент Физик, оставляю пленного на ваше попечение.
Босс махнул рукой в сторону каменного куба.
— Друзья, работаем по тому же методу, что и на Сицилии. Координацией энергетических потоков займусь я сам. Разбираем этот проклятый СХОЯТ целиком, вместе с коробкой.
Его помощники двинулись к кубу, но Беринг остановил их.
— Агент Химик, убедитесь, что мы не зря проделали такой путь, и что ваше сухое хранилище не пустует. Никто его не вывез.