— Ну вот, вопросы субординации мы утрясли, — Орлов встал, а следом за ним и мы все. — Жду результатов. Все свободны. Яков Георгиевич, задержитесь на пару слов, — он глянул на девицу-одуванчик, — без протокола. И позовите Покровского, будьте добры.
— Слушаюсь, ваше величество, — кивнула девица.
— И организуйте нам кофе и пирожных каких-нибудь.
— Будет исполнено.
— Все, свободна. Присядьте, Беринг. Подождем советника.
Очень быстро появились и Покровский, и кофе.
— Хочу разобраться, — сказал Император, — Как ты связан с Бореасом? Мне все эти мутные формулировки вроде «выразитель воли», «русское лицо» и так далее.
— Принц Этерн герцог Бореас — мои титулы.
— А Генри Манн?
— Тоже я.
— Значит ты вскоре станешь моим венценосным братом?
— Уже стал. Совет Метрополии утвердил мою заявку на новый открытый мир, так что я теперь — вполне легитимный и принятый мировым сообществом король нового государства.
— Как оно называется?
— Новая Гиперборея, ваше величество.
— Даже так, — рассмеялся Орлов. — А она не против?
Император ткнул пальцем в сторону потолка.
— Она и предложила, — улыбнулся я.
— Ты правда с ней общаешься? Завидую. И когда этот ваш пресловутый Контакт?
— Через неделю.
— Расскажи подробнее, что нас ждет!
Глава 14
Новая Гиперборея обзаводилась населением быстрее, чем я мог надеяться в самых радужных фантазиях. Оказалось, что целые народы мечтают поселиться в новом мире. Так сказать, съехать из планетарной коммуналки. Вот только средств заплатит демиургу за отдельный мир для себя у них нет и взять неоткуда.
Борун оперативно, как и обещал, привел посольство в чувство. Работников я набрал в собственном герцогстве, напряг для этого управляющего Брина, который хоть уже формально «принадлежал» королю, но мне в просьбе не отказал.
Первым пришел на прием Борун Стайнгримур, тот самый гном, которому предстояло построить сразу два города. Первый должен заменить деревню Авдеевка. Там возникнет логистическим узел, неизбежный вокруг единственного постоянного портала в Новую Гиперборею. Мир для нового государства я выбрал именно тот мир, где разместился Медный Дом. Осваивать его я начал с большого континента в северном полушарии, который вполне можно счесть аналогом Земной Евразии.
Попасть в Новую Гипеборею можно было либо через Авдеевку, либо с Марса. И только я и мои ученики могли оказаться там в любой момент и в любом месте.
Портал в Авдеевке вел в небольшой форт, в котором располагался погранично-таможенный пункт. От него пройдет дорога к двум центрам цивилизации, что будут построены неподалеку. Первый — то, ради чего все и затевалось — Университет. Точнее, Гиперборейский Университет Магии, мне почему-то нравилась получившаяся аббревиатура.
Но его я строить Боруну не доверил, был у меня особый подрядчик, с которым мне еще предстояло встретиться. Зато мы долго, со спорами, иногда переходящими в крики и взаимные оскорбления, обсуждали проект столицы. В эти моменты увлекающийся гном забывал, что перед ним принц, герцог и даже свежеиспеченный, но все же король. А я готов был простить ему подобные вольности, потому что знал, что там, где говорят профессионалы, титулы молчат.
Я видел город многоуровневым, с летающими садами и домами, утопающими в них, а между ними вьются ленты дорог, на которых не бывает пробок. Огромный опыт в организации развязок был у одной цивилизации, которой управлял Искусственный Интеллект. Я навязал их представителя как эксперта Боруну, тот ворчал, но согласился.
А вот сады я мог доверить только эльфам. Они преуспели в том числе и в таких вопросах, как расчистка площади для стройки без вреда для экосистемы. Такое чудо: засыпаешь в густом лесу, а просыпаешься посреди равнины, поросшей жидкой травой, а лес стоит стеной за границей площадки.
Борун, как и положено честному гному, «длинноухих зазнаек» на дух не переносил. Вполне, кстати, взаимно. Но тут я встал намертво. Нам нужен эльфийский садовник, или целая бригада, если потребуется.
С трудом смирившись, гном выторговал у меня несколько подземных уровней, на которых расположатся коммерция, склады и промышленный сектор. С другой стороны, зачем в торговом центре окна? А вот сады даже там организовать можно. Есть технологии, заменяющие живое солнце.
Производства я особого в столице не предполагал. Хотя ремесленников, как мелких лавочников я туда охотно пустил. После консультации с Ариной, я решил дать городу имя Ариаварта. Так называлась столица прошлой Гипербореи.
Можно ли построить такой город за одну ночь? Даже с магическими технологиями для этого требуется больше двадцати четырех часов. Но есть небольшой фокус: искажение времени. После утверждения проекта готовится площадка, тут эльфам карты в руки. Туда сгружается весь требуемый материал с запасом. А потом строительная бригада проваливается во временной разрыв, для них проходит год, а для окружающего мира — сутки.
Набросав в общих чертах проект, я оставил его Боруну на чистку деталей до блеска. Мистера Стоуна я уже отдал гному «в рабство», так мы, великие маги, называем обучение.
С эльфами я поговорил сразу после Боруна. Я отвел им леса на северо-востоке гиперборейской Евразии. Никакой подготовки или строительства им не требовалось, когда мы обсудили условия проживания в новом мире, они просто кивнули и переместились в Авдеевку. Шучу, конечно. Отправились они к своему народу, чтобы приготовиться к переезду, а мы обговорили, когда и где я их встречу.
Эльфы брали на себя обязательство защищать половину континента как от экологических катастроф, так и от любого вторжения. Они вообще охотно брали на себя военные обязательства, готовые при необходимости воевать за свою новую страну. Лемпов и паразитов они терпеть не могли, имея к этим существам собственные застарелые счета. Да и рептилоидов эльфы не жаловали, но уже не так пылко. А вот подгадить заврам без объявления войны Сайшании они были готовы в любой момент.
Я же со своей стороны спросил их о садовниках, которые могли работать по всей Гиперборее, да и на Земле Сорок Два при необходимости. Они мне тут же дали контакты «убогих ренегатов», которые не хотят жить в эльфийском поселении, им, видите ли, веселее путешествовать и общаться с разными расами.
Естественно, я тут же пригласил ренегатов на встречу. А поговорив, отправил на Землю Сорок Два. Я выписал им пропуск в портал, и дал задачу расчистить место для форта и дороги к столице.
Еще одни гномы, никак не связанные с Боруном, мечтали получить собственные горы в разработку. Я им таковые предоставил, и мы опять до хрипоты спорили, торгуясь о налогах и некоторых правилах. Например, я требовал продавать все добытое золото и другие драгоценные металлы государству.
Что же касается железа или нефти, а гномы способны добывать абсолютно все, что ждет своего часа в недрах, то, во-первых, я оставлял за государством право преимущественного выкупа, а во-вторых, я категорически запрещал продавать за пределы мира чистое сырье. Только изделия. Становиться очередной сырьевой провинцией я не собирался, а вот поощрять внедрение технологий — тысячу раз «да».
На это гномы, кстати, охотно шли. Ремесленниками они были не худшими, чем добытчиками. Но их предпочитали использовать только как шахтеров. Я же давал им полный простор для развития промышленности при условии, что она не станет вредить окружающей среде. Я же готов был поставить на их заводы оборудование для очистки. Об этом мы тоже спорили, они говорили, что и сами с усами. И бородами. И чем их фильтры хуже моих?
Такое поведение у гномов не считалось оскорбительным. Они любили торговаться до посинения, и независимо от результата выходили из этого процесса довольными. И уважали вторую сторону тем больше, чем сложнее шли переговоры. А раз со мной можно было всласть поругаться над договором, делало меня нормальным заказчиком и толковым королем, а не каким-то дурачком и простофилей.
Мы сидели с Привратником в небольшой таверне, пропахшей глинтвейном и трубочным табаком. Из окна виднелась огромная каменная стена Академии. Учиться в ней мне не довелось, если не считать небольшой курс, позволивший мне стать профессором. Так уж сложилось, что мне не довелось испытать прелести студенческой вольницы, так что подобные «курсы повышения квалификации» отчасти заменили мне этот период в жизни.