— Да уж, исстрадалась бедняжка от бедности! — скептически взглянула на нее Ветерок.
Все мои ученики стали на этот момент владельцами каких-то частей нашего холдинга и директорами в прочих. Так что переживать о деньгах никому из них не стоило. И это мы еще не развернулись в новом мире.
Я подошел к телам Спесивцева и Потапова.
— Похоже, орден Белок сегодня прекратил свое существование, — сказал я Варе. — Будешь о нем грустить?
— Они были неплохими людьми, — ответила она. — Хотя и потеряли голову от всех этих секретиков. Я их не особо любила. Мы все друг друга ревновали, и мерялись вкладом в коллекцию, но я не желала им такой участи.
Я сорвал одну из портьер, загораживавшую склад. Догадка оказалась верной: там стояли стеллажи, забитые под завязку всяким магическим хламом. За ними на стене кто-то не слишком грамотно нарисовал защитные руны, вот только на потолке их не было.
— Что делаем с этим добром? — спросила Эльза. — Грузим в Медный Дом?
— Ни в коем случае! — возразил я. — Вообще к ним не прикасаемся. Здесь собралась конченая некондиция, рванет в любой момент. На это и было рассчитано. Люди наверху погибнут при взрыве. Буль, проверь, мне кажется, в потолок, точнее в пол первого этажа, вмонтировано множество мелких железных деталек. И сам пол станет дырявым, сюда должно было пролиться море крови. Махасаттра, мать ее.
— Зачем все это? — спросила Ветерок.
— Рептилоид проговорился. Цель этого теракта — уничтожить защиту, которую обеспечивает дух Гипербореи Арина. Естественно, при помощи Кали, которая явилась бы после такого вливания в полной силе.
— А так не явится?
— Так ей в Москву хода нет.
— Что делаем со спящими красавцами и красавицами? — деловито поинтересовалась Эльза.
— Будим и гоним пинками по домам. Или нет, сперва выносим всех в сад. Аккуратненько левитируем — оптом, как тогда артефакты. Ставим щиты на особняк, взрываем эту гадость, — я указал на стеллажи. — Потом будим и гоним.
— Они же все голые, — пожалела вдруг сладострастцев Алиса.
— А мы выставим шкафчики с их одеждой. Ну и плащи выкинем.
— Маски жалко, — погрустнела вдруг Варвара.
— Я тебя научу, как создать любую из них, — вдруг включился в беседу Уголек. — А к этим я бы прикасаться побрезговал. Мне кажется, они насквозь пропитаны сифилисом.
Глава 16
— Я — гражданин великой Сайшании! — гордо заявил мне Кевин Вольтран. — Вы не имеете права удерживать меня здесь!
Каласута влияла на завра точно так же, как и на обычного человека. Он пока неплохо справлялся, что делало ему честь. Но в его маленьких крокодильих глазках проступал тщательно скрываемый ужас.
— Бедный однорукий рептилоид! — покачал я головой. — Скажи мне, завр, как тебя зовут на самом деле. Только не ври. Эльфы называют меня Истанор, что переводится как «Видящий правду». Лгать мне в лицо — смертельное оскорбление. И глупое, потому что я распознаю ложь.
Завр замялся, но все же решил, что нет смысла скрывать имя.
— Меня зовут Колд Волатц.
— Молодец, что сказал правду, — кивнул я. — Итак, гордый гражданин Сайшании, мне сообщить твоим соплеменникам о террористическом акте, что ты планировал устроить в центре Москвы? Или о массовом человеческом жертвоприношении? Сайшания же спит и видит, как заработать репутацию спонсора терроризма!
— Где Сайшания, а где Москва, человек, — рассмеялся завр. — Твоего мира не существует официально, а значит, что любые действия против ее аборигенов не имеют юридической значимости. А вот похищение гражданина великой страны…
— Ты ошибаешься, Колд Волатц. И если ты владеешь хотя бы минимальным навыком отличить правду от лжи, используй его на максимум прямо сейчас.
— Что ты хочешь сказать? — заволновался завр.
— Что Земля Сорок Два уже неделю как официально принята в содружество миров. Инициатор — Эрития. Ну и я лично, великий маг и демиург. А с того же дня и официально признанный Метрополией властелин мира под названием Новая Гиперборея. Так что у твоих поступков есть и значимость, и последствия. А я как опекун этого мира могу вершить суд.
— Проклятие! — прошептал завр.
— А ты думал, что Кали тебя до добра доведет? Бедный однорукий рептилоид. Но меня больше интересуют лемпы и паразиты. И твоя любимая Инквизиция танцует и с теми, и с другими. Что положено за это в Сайшании? Ну, расскажи мне еще раз про юридическую значимость или про свое ценное гражданство.
— Ты не убил меня там, но притащил в это проклятое место! — зашипел Волатц.
— Это, кстати, ад твоей подружки Кали. Я отнял его и переделал в чистилище. Ты прямо сейчас чистишься, завр, потому тебе так плохо. Ну и отрубленная лапа тоже добавляет острых ощущений. Но тут ты сам виноват. Я оттяпал тебе конечность в честном бою.
— Но я жив. Чего ты хочешь, опекун Земли Сорок Два?
— Подробного рассказа про Инквизицию и конкретнее про Джозефа Курака. Про ваши игры с лемпами и с паразитами. Про контрабанду синтетического наурэмбаара. А начнешь ты с описания вашего теракта. Это мы запишем на камеру и передадим в СИБ. Советник по безопасности Покровский должен знать героев в лицо.
— Ты уже все понял, Беринг, — замотал головой Волатц. — Жертвоприношение должно было открыть дорогу Кали, а она выкинула бы из Москвы твою любезную Арину как нашкодившую кошку.
— Вот об этом ты расскажешь максимально подробно. А главное — что вы собирались делать потом.
— Что-что, ваш Орлов — проблема для всего цивилизованного мира. Пришло время сменить династию. И ты наверняка об этом тоже догадался.
— Дьявол в деталях, — объяснил я завру и напустил на него заклинание Melamin Tar.
— Почему ты не предупредил нас об операции? Поперся сам в змеиное гнездо! — бушевал генерал Бобров.
Покровский же сидел в кресле, ничего не говоря. Мне кажется, он напряженно думал.
— Да потому что в вашей хваленой Имперской Безопасности я доверяю четырем людям: тебе, Николаю Александровичу, — я кивнул в сторону Покровского, — а также агентам Физику и Химику. Кевин Вольтран должен был думать, что я наивно лезу в их ловушку. А если бы они заподозрили, что я в курсе их планов, они бы все отменили. Но не навсегда, а просто провернули в другом месте через сутки. И без моего участия.
— Почему именно особняк Апраксиной? И ведь ее тоже принесли в жертву. Разве она не была с ними с самого начала?
— С кем с ними? Она наверняка ничего не знала об Инквизиции, равно как и другие рядовые члены Ордена. Она замазалась в убийстве Абрамова. А я к этому времени легко и непринужденно разгромил Кобр. Вольтран просто списал и Кобр, и Апраксину.
— А Белок? — уточнил Бобров.
— Их принесли в жертву. В итоге Вольтран захапал бы обе коллекции, а все его конкуренты в Москве попросту исчезли бы. Вы же поняли, они не стремятся сохранить статус-кво!
Бобров и Покровский смотрели на меня, будто ожидая продолжения. Я вдруг разозлился.
— Да проснитесь уже! Две попытки вторжения лемпов! И это те, о которых я точно знаю. Половина Инквизиции заражена паразитами! А мы только что сорвали покушение на Петра Алексеевича, если вы еще не поняли! И кстати Вольтран выдал всех известных ему агентов, в том числе и спящих в Кремле. Николай Александрович, вы что-то собираетесь делать по этому поводу?
— Да делаю я, делаю, — неожиданно проворчал Покровский. — Послал я уже людей. Чистка началась. А что, этот ваш Вольтран или как его, беса, Волатц — он правда рептилоид?
— Вас это удивляет? Ну давайте я превращусь на ваших глазах в носорога. Я вам даже разрешу пощупать мой рог.
— Как ты разговариваешь с советником! — вдруг возмутился Бобров, а Покровский на это только усмехнулся.
— А как вы оба разговариваете с королем Новой Гипербореи?
— Ты же у нас величество, — буркнул генерал, успокаиваясь. — Все время забываю.
— Ну я и раньше был высочеством и светлостью. Но в Метрополии Демиург и Великий Маг значат даже побольше чем светские титулы.
— Ваше Величество, — заговорил Покровский с равной долей уважения и насмешки в голосе, — не сомневайтесь, ваша роль в разрешении этого кризиса не останется незамеченной. Уверен, что Петр Алексеевич захочет лично вас поблагодарить. Нам же стоит подумать о наших дальнейших шагах. Кстати, обязательно было взрывать особняк? Мы бы его по камешку и по досочке разобрали, нашли бы какие-нибудь улики.
— К сожалению, обязательно, — вздохнул я. — По двум причинам. Первая: он был опасен. Там оставалась целая гора подготовленных к ликвидации артефактов. Даже я не смог бы со стопроцентной гарантией их не то что грамотно утилизировать, а просто переместить.