— Коля, на пол, быстро! А ты, сука, не двигайся.
— Черт! — пробормотал ложный Резников, — слишком рано!
Он резко достал из кармана стеклянную палочку. В тот же миг Бобров начал стрелять, пули вонзились самозванцу в плечо и бок. Но все же он успел пальцами переломить стекляшку пополам. И тут же Кремль вздрогнул. Ложный Резников кинул обломки палочки на пол, она разлетелась на облако мелких осколков, часть из которых попала Покровскому на лицо и руки.
Очередной толчок искусственного землетрясения, и с самозванца слетела личина агента Физика. На самом деле он выглядел как вполне благообразный светловолосый джентльмен.
Из кармана он вытащил какую-то сложную конструкцию с красным камнем в основе и провернул какую-то ее деталь вокруг оси. Раскаленная воздушная волна сбила с ног Покровского и Боброва. поток протащил генерала по полу, несколько метров. Но пистолет он не выронил, и как только удалось остановиться, продолжил стрельбу. К сожалению, пули вязли в невидимой защите, что образовалась вокруг блондина, и падали на пол.
— Что ж ты не уймешься! — проворчал диверсант. — Дай делом заняться!
Он достал бусину, типа той, что штурмовали Кремлевскую стену, и швырнул ее в Боброва. После этого блондин повернулся к Покровскому. Но там уже стоял, загораживая советника, Беринг.
— Курак! Как долго я тебя искал!
— Твою мать, носорог! Что ж ты всюду свой рогатый нос суешь? — в сердцах выпалил блондин. — Мы с тобой поговорим, потом, если захочешь!
Невесть откуда у Курака в руках появился кинжал. Блондинчик взмахнул им вертикально. Пространство перед ним распахнулось, будто распоротая ткань. Блондин, истекая кровью, рванулся в эту дыру, и она мгновенно заросла за ним.
— Николай Александрович, вы живы? — кинулся Беринг к советнику, корчившемуся на полу.
— Сережа, Сережа! — Покровский протянул руку.
Беринг обернулся. Бобров лежал, весь истыканный осколками разной длины. Один торчал у него изо лба. Маг подошел ближе, приложил два пальца к шее генерала.
— Он мертв, Николай Александрович, — проговорил он вполголоса.
— Как же так, Сережа, как же так? — Покровский заплакал.
— Где мой советник по безопасности? — голос императора в телефоне звучал не гневно, но скорее раздраженно.
— В лазарете он. Агент Физик, то есть капитан Резников, настоящий капитан, естественно, тоже здесь. В последний момент вытащил его. И агент Химик, то есть капитан Градова, с ним. С ней все в порядке. Если вашему величеству интересно, она не захотела бросать партнера.
— Почему не отправили в наш госпиталь?
— Здесь ими занимается Эстельвен, дева надежды. Лучший лекарь во всем Мироздании.
— И что?
— А то, что я потерял сегодня одного друга. С меня хватит. Покровского я вашим коновалам не отдам.
— Я хочу повидать его, — сказал Орлов вовсе не просящим тоном.
— Ну так приходите, — я открыл портал и протянул императору руку.
Через мгновение он шагнул в Медный Дом. К счастью, никого с ним в кабинете не было, новую волну паники никто не поднял.
— Позвоните, что ли кому-то, ваше Величество.
— Мы что, на Земле? — удивился император.
— Нет, это Новая Гиперборея.
— Как же здесь мобильная связь ловит?
— Вы же понимаете, что на такой вопрос есть только один ответ: «магия». И так останется до тех пор, пока вы не пройдете обучение в моем Университете.
— Нет уж, лучше вы к нам. В смысле, когда мне еще и учиться? Ладно, ведите уже к моим людям.
Я проводил императора к палате, где скучал Покровский. Оттуда как раз вышла Эстельвен. Ее красота произвела привычное впечатление. Орлов сперва побледнел, потом покраснел и смущенно прокашлялся.
— Что с моими подчиненными? — спросил он. — И как они сейчас?
— Уже гораздо лучше, ваше величество, — ответила Эстель, сделав книксен. — Завтра выпишу. У господина Покровского перелом обоих ног, а также нескольких ребер. Сильный ушиб внутренних органов. Это все ерунда. Больше всего вреда могли причинить осколки стекла. Магический ущерб, как вы сами понимаете.
— А что с агентом Физиком? — спросил я.
— Удар ножом в сердце. Мальчик — везунчик. Смертность в таких случаях девяноста девять процентов. Но парень схлопотал один случай из ста. Не случайно, так ведь, Этерни?
— Я ставил им защиту, когда мы все вместе участвовали в операции. Нож ведь тоже магический?
— Я не такой эксперт во всякой шпионской магии, как ты. Но думаю, там был ритуал копирования личности. Полное преображение. Не иллюзия, а реальная физическая переделка тела, включая биометрию. На время, конечно. И ауру ты бы распознал. Но тебя там не было.
— Как он сейчас? — спросил император.
— Оба живы, благодаря своевременному вмешательству Этерни. Буквально на последних минутах я их приняла. Как я уже сказала, завтра можете забирать обоих.
— Машину я за ними не пришлю, — нахмурился Орлов.
— Доставлю я их, — махнул я рукой. — Вот уж о чем беспокоиться не стоит.
— С ними можно поговорить? У нас, извините, дорогая Эстель, кризис в стране.
— Сколько угодно. Состояние стабильное, идет долечивание.
— Даже не будете ныть, чтобы мы их не перетруждали?
— А это поможет? — улыбнулась Эстель.
— Нет, — отрезал император.
— Этерни о них позаботится, это он умеет. На этом я вас оставлю, у меня еще много клиник и студенты, которых мне закинул на шею этот молодчик. Я позже загляну, проверю, как тут мои пациенты.
Эстель похлопала меня по плечу и скрылась в портале.
Мы вошли в палату. Покровский лежал в чем-то среднем между кроватью, купелью и электронно-механическим гробом.
— Ваше величество, — дернулся он. — Простите, я не могу встать!
— Ну так и лежите! — отмахнулся император. — Говорить-то можете?
— Вполне!
— С вашего позволения господа, — вмешался я, — раз уж у нас началось импровизированное совещание, я приглашу принять участие моего помощника Кару. Он даст нам более полную картину происходящего.
— Да, ваш драгоценный сыночек не помешает, — кивнул Орлов.
В палате появился Кару. Он поставил на стол знакомый мне хрустальный череп.
— Я взял на себя смелость пригласить госпожу Арину. Я предлагал ей сотворить полноценного голема в качестве аватара, но она отказалась.
— Аватары опасны, — раздался низкий голос духа Гипербореи. — Этерн Первый нам всем это очень доходчиво напомнил.
— Вы хотели пообщаться с гением места, Петр Алексеевич? — улыбнулся я. — Мечты сбываются.
Орлов второй раз на моих глазах смутился.
— Я хотел поблагодарить вас, Арина! Долгое время Кремль был самым безопасным местом на планете.
— Мне жаль, что в этот раз я не справилась.
— Что именно случилось? — спросил я. — И в мыслях нет вас укорять, но нам надо понять, что происходит. Кстати, давайте устроимся поудобнее.
Я создал всем, кроме лежачего Покровского, кресла. Также часть стены превратилась в экран.
— Очень массированная атака. Я таких объемов и не припомню. Более пятисот ложных проколов.
— Ложных… я не очень понял, — переспросил Орлов.
— Имитация открытия портала, — пояснил я. — Внешние признаки идентичны настоящему, но по факту связь с другим миром не устанавливается.
— Именно так, Этерн, — подтвердила Арина. — Артефакты сработали в самых разных концах России, причем преимущественно в тех местах, где у меня нет святилищ, и мой контроль слабее. Одновременно с тем произошло и пятнадцать настоящих проколов. Тринадцать из них мне удалось подавить.
— Это кроме Карпатских? — спросил Покровский.
— Три прокола в Карпатской Республике явно были созданы, чтобы отвлечь внимание папы, — пояснил Кару. — Это и удалось: он с основными силами бросился на борьбу со вторжением. Мы точно знаем, что он начал боевые действия почти ровно в десять ноль-ноль, а проколы, включая имитации, стартовали в одиннадцать ноль-ноль.
— Подождали, пока я увязну с потрохами в бою, — добавил я. — На ранней стадии можно было бы спланировать бой по-другому. А так вся надежда была на резерв.
— Хорошо, что он был, — продолжил Кару. — Бойня в Санкт-Петербурге могла бы стать еще более масштабной. И что хуже — Lempingulo могли закрепиться в городе. Это уже была бы не диверсия, а настоящая война.
— Вы знаете, сколько мы потеряли? — спросил Покровский.
— Сто три пять человек, — ответил Кару. — Это только в Санкт-Петербурге. Второй прорыв состоялся на Северо-Западе Москвы. Атаковали Академию Службы Имперской Безопасности. Погибло тринадцать человек, в основном в первые минуты сражения и среди случайных прохожих. Далее курсанты и преподаватели смогли дать результативный отпор и продержаться до прихода Алисы с гвардейцами. Они прибыли в Москву сразу после Санкт-Петербурга, а там бой с их участием занял менее пяти минут. Теневые рыцари и ученица папы — мощная команда.