Мистер Ченинг написал на бумажке цифры, пододвинул ее ко мне по столешнице.
— Это за одну монету или за все? — спросил я, взглянув на записку.
— За три монеты, — пояснил Ченинг.
— Я не сильно в курсе местных цен, но мне кажется, что вы хотите заплатить по цене золотого лома.
— Нет, наценка за чеканку включена в стоимость, но я понимаю, что сумма не столь велика, как вы, возможно рассчитывали, — сказал Филипп успокаивающим голосом, но тут же ткнул в сторону потолка указательным пальцем. — У вас есть еще такие монеты?
— Найдутся, — кивнул я.
— Тогда я проконсультируюсь с коллегами. Мой дядя Айзек знает куда больше меня об экзотических валютах. Если он или его друзья по клубу найдут эти экземпляры интересными, они охотно доплатят и за образцы, и за всю партию. Такой вариант вас устроит?
— Почему бы и нет, — согласился я.
— Ну вот и отлично, — обрадовался Филипп. — Как я могу с вами связаться?
— Боюсь, что это затруднительно. — ответил я. — Лучше вы сообщите телефон, по которому я смогу до вас дозвониться.
Филипп на той же бумажке написал номер, и положил сверху несколько купюр, соответствующих сумме на листке.
— Я позвоню вам завтра, — сказал я.
— Возможно, потребуется больше времени, — замялся Ченинг.
— Если консультация затянется надолго, мне проще и спокойнее найти другого нумизмата. В конце концов, вы — первый в этом городе, к кому я обратился.
— Понимаю и принимаю, — кивнул Филипп. — Тогда жду вашего звонка завтра после пяти часов вечера. Это годится?
— Вполне, — сказал я, забрал деньги и ушел.
Выйдя из подвала, я задумался, чем заняться дальше. Тут меня посетила идея, и я вернулся к домофону мистера Ченинга.
— Простите за назойливость, у меня появился еще один вопрос, уже не про монеты.
— Заходите, конечно, — любезно ответил нумизмат.
Дверь отворилась, и я проследовал обратно к прилавку.
— Чем еще я могу быть вам полезен? — спросил Филипп.
— Я сам немного балуюсь ювелирными поделками. Не в коммерческих масштабах, а чисто для себя и друзей. Дело в том, что я прибыл в Америку налегке, где бы я мог приобрести хороший набор инструментов?
— Я бы с удовольствием вам помог, но здесь у меня нет ничего подходящего. Но я сейчас позвоню Мире, той самой девушке с телефонами, что вас прислала ко мне.
— Я помню.
— Ее трудно забыть! — улыбнулся Филипп. — У нас довольно большой склад в Саксе, уверен, наша красавица подберет все, что нужно, в течение часа.
— Премного благодарен! Тогда я немедленно отправляюсь на Пятую Авеню*.
* И в книжной, и в нашей реальности магазин так и называется: Saks Fifth Avenue.
Я увидел, как обычная девушка ловит такси, и вскоре смог повторить ее подвиг, подняв руку и сменив ауру неприметности на другую, вызывающую интерес и желание помочь. Тут же рядом притормозил желтый драндулет, который и отвез меня к Саксу.
Мира встретила меня приветливо, но сразу передала с рук на руки продавцу, с которым мы долго обсуждали наборы инструментов, ни один из них не устроил меня как есть, но, к счастью, их можно было дербанить на части, в итоге мы собрали один, почти идеальный для моих целей. Также я купил и кое-какие материалы, немного золотой проволоки, платины, смолы для пайки и прочее, необходимое для работы.
В обмен на это богатство я предложил ювелиру самый маленький из моих розовых бриллиантов. Продавец проворчал, что обычно они не занимаются в Саксе скупкой, но раз уж меня прислал сам мистер Ченинг, то и отношение ко мне особое. Я видел, что на самом деле алмаз ему понравился, и он просто пытается меня немного надуть с ценой. Или сильно, зависит от моей наивности.
Мы немножко поторговались, пока я не понял, спасибо эмпатии, что сделка кажется ему выгодной, но не чрезмерно. Меня это устроило, хотя ювелир выбил из меня дополнительную скидку за расплату наличными. Алмаз стоил куда дороже, чем набор инструментов.
На первом этаже в фойе увидел агрегат для выдачи наличных. Около него возилась старушка, что-то у нее не ладилось.
Я воспользовался паузой, чтобы направить на банкомат заклинание познания устройств. Благодаря ему, а также способности контролировать любой процесс, связанный с электричеством, я смог наладить и с этим прибором контакт. Когда бабуля наконец забрала деньги, роскошные три двадцатки, и ушла по своим делам, подозрительно взглянув на меня, я сделал шаг к аппарату. Я уже знал, что надо делать с прибором и картой. И прости меня банковская система в любом мире, но мелочи вроде знания пин-кода меня не способны остановить. Точнее говоря, едва воткнув карту, я уже знал, какие цифры ждет от меня система.