— Вот этот человек говорит, что он здесь главный, — сообщила мне Эльза, указав на какого-то старого хмыря.
Глава 4
Ал Ашенбах осматривал обломки своего нежно любимого клуба, прикидывая, во сколько ему обойдется ремонт и не проще ли снести здание и построить его заново. С утра к нему приходили эмиссары сильных мира сего и предлагали помощь за «работу в команде», к которой ему стоило бы присоединиться. И нет, они не служили в Имперской Безопасности, хотя это и было не точно. Такую вербовку вампир понимал, знал, как с ней иметь дело, но эти люди представляли не государство.
Ашенбах вообще не хотел «переходить под чью-то руку». Кроме того, он не без оснований подозревал, что за террористическим актом стояли те же силы, что предлагали ему забыть про независимость.
А еще интуиция подсказывала, а у вампиров она впечатляюще развита, что его ждет визит второй стороны, и вот к ним можно и прислушаться. Как шутят в Америке, где Алу жить не понравилось, в городе новый шериф. Точнее, в мире появилась новая сила, о чем глупое местное сообщество и не догадывается.
И вот они пришли, мужчина без возраста с убийственным взглядом и молодая девушка, ставшая наполовину духом стихии. Такая у принца свита, а ведь он в мире без году неделя. То ли еще будет.
— Рад приветствовать столь замечательных гостей, — Ал отвесил шутовской поклон, таким был его образ — вечный весельчак, — я бы предложил вам выпить, но боюсь, что мой бар не в лучшем состоянии.
— Приходите в гости к нам, в «Вешние воды», — улыбнулась девушка. — мы найдем, чем вас угостить. Но мы беспокоим вас не ради выпивки.
— Мы знаем, — вступил в беседу ее жутковатый спутник, — кто устроил этот бардак. Мы собираемся задать этому человеку пару вопросов, не хотите ли составить нам компанию?
— Пока его хозяева не зачистили следы, — добавила воздушная девушка.
Я внимательнее посмотрел на этого человека. Первое впечатление: плюгавый мужичонка с крысиной мордой. С первого взгляда я решил, что передо мной старик, но на самом деле определить его возраст я затруднялся, просто был он на диво неопрятен и не ухожен, что неудивительно для обитателя свалки. Явно сидел, о чем говорили те татуировки, что выглядывали из-под рукавов и грязного ворота. Эльза смотрела на этого типа с отвращением, остальные «аборигены» явно и сильно его боялись.
Кроме «вожака-сидельца» передо мной выстроились пятеро: две пожилых женщины, худенькие и сгорбленные, но у одной чудом сохранилось в этом аду интеллигентное умное лицо, а другая попроще, но с острыми и веселыми, вопреки обстановке глазами. Рядом с ним стояли двое немолодых мужчин. Первый — мощный, только слегка поплывший от возраста и ужасных условий — не растерял офицерскую выправку. Другой — высокий, худой — тоже выглядел интеллигентным, и в его лице чувствовалась привычка если не командовать, то уж точно брать ответственность. Он мог стать вожаком этой стаи, если бы не плюгавый, явно подмявший под себя всех местных обитателей.
Рядом с ними мялся азиат, явно привыкший не стоять в строю, а ныкаться на заднем плане. Эмпатия подсказывала, что больше всего на свете ему хотелось забиться в самый дальний и темный угол. Но нет, не судьба. Придется знакомиться с нами, такими страшными.
Я подошел к плюгавому и посмотрел ему в глаза, точнее, попытался, потому что тот упорно отводил взгляд.
— Как тебя зовут? — поинтересовался я для начала.
— Так Вадмихыч мы! — ответил тот еле слышно.
— И что сие означает? — нахмурился я.
— Вадим Михалыч я, Серенький.
— Значит, ты здесь главный? — спросил я беззлобно.
— Получается, я, — сообщил Вадмихыч угодливо.
— А я тогда кто по-твоему? — я наклонился к самому его уху, что было дико неприятно, от него воняло, как и положено благоухать бомжу, живущему на свалке.
— Ну так это, — вдруг растерялся плюгавый, — вы само собой шишка. Я со всем усердием…
— Ты, милейший, со всем усердием пойдешь себе искать новую работу и новое место для жизни. Здесь твои услуги больше не требуются.
— Зря вы так, господин хороший, — окрысился вдруг Вадмихыч. — Свалка — место особое, деликатное! С ней обращаться уметь надо. Знать, что где лежит, что можно выцарапать, куда деть потом. И люди всякие сюда приходят, с разными просьбами. Если с невежливо обойтись, то они и обидеть могут. А если вежливо, то здесь большие деньги спрятаны. Так что по любому я вам пригожусь. А то ведь вопрос может встать, нужны ли вы, мил государь.
— Ты не представляешь, Серенький, что здесь будет уже завтра, — ответил я зло. — Но точно услуги твои ни мне, ни моему предприятию не требуются. Исчезни.