Дверь открыла бабулька, обмотанная рваными пуховыми платками.
— Пришли! — всплеснула она руками. — Замерзли небось! Проголодались! Заходите быстрее!
— Спасибо! Мы хотели бы снять угол, если возможно.
Людка опять по-пиратски расселась у меня на плече.
— Да-да, меня предупреждали, что надо будет путника принять, — затараторила старушка. — У нас мало кто ходит. Иногда охотники забредают, но редко. Или летом на лодке рыбака принесет. Они как упьются, руль бросают, их сюда течение притаскивает. Иногда. Так-то никому мы не нужны. Ой, да что ж я языком все мелю, проходите, сейчас я вас чаем горячим отпою. Как вы добрались-то? Вездеход я не слышала, а иначе сюда и не доехать в эту пору! Но тарахтит, трактор этот, всю деревню будит.
Я прошел в дом, естественно, никакой прихожей там не полагалось, прямо за входной дверью нас с птичкой ждало нечто вроде с гостиной с натопленной печкой и столом, накрытым клеенчатой скатертью.
Самовара тоже не предполагалось, все же это бедный дом в глубинке, а не пафосный загородный отель. Видавший виды жестяной чайник кипятился на печной плите. Ну а согреться мне предложили мутным самогоном, закусывая черным хлебом и вареной картошкой.
Людка заерзала у меня на плече. Я скормил ей горбушку, вспоминая, можно ли птицам ржаной хлуб. Да ладно, если что — подлечу.
— Я все, — передала мне ворона. — Моя задача выполнена.
Улетать она при этом не спешила.
— Хочешь остаться? — спросил я, почувствовав ее душевные метания.
— С тобой интересно. Меня еще совы не катали.
— Ну так оставайся, никто тебя не гонит.
Вслух же я спросил хозяйку, как ее зовут.
— Марфа Игнатьевна я, — ответила старушка.
— Очень приятно, меня зовут Яков Георгиевич. А скажите, Марфа Игнатьевна, нет ли здесь неподалеку заброшенной церкви?
— Пару километров на северо-запад. Только туда сейчас не пройдешь, дорогу замело по пояс. А так церковка красивая. Была когда-то, сейчас развалины остались.
— Спасибо, Марфа Игнатьевна. Я бы поспал пару часов, не покажете, где я притулиться могу?
— Идем, милок, вон комнатка, маленькая, но чистая. Не сомневайся.
Это, кстати, оказалось правдой, меня ждала очень чистая комнатушка с железной сетчатой кроватью и старым матрасом, который я, когда остался один, то есть с Людкой, реанимировал заклинанием. Постель же выглядела изношенной, но будто только что из стирки.
Встав же из-за стола, я положил тысячу рублей.
— Спасибо большое за кров и пищу.
— Да ты что милок, — старушка будто перепугалась. — Это много очень! Не стоят мои хоромы столько! Вот я возьму, а остальное убери быстренько!
Она выдернула из пачки купюр сотенную, а остальные отодвинула, стараясь не прикасаться к такому несметному богатству.
— Не обижайте меня, Марфа Игнатьевна! — я и не подумал забирать деньги. — Мне виднее, сколько стоит ваше гостеприимство. А сейчас я все же чуть отдохну. Только скажите, вы меня как будто ждали! Откуда узнали, что я появлюсь.
— Ну как откуда, как откуда! — запричитала старушка.
— Оттуда же, откуда и я, дурень, — беззвучно рассмеялась ворона Людка.
Выспался я прекрасно, отключился, едва коснулся подушки, не выпал в астрал. Со мной такого давно не происходило.
Но все же залеживаться не стал. Проснулся через два часа абсолютно бодрый, но встревоженный. Охранное заклинание забило тревогу. Людка лежала на полу, завернутая в махровое полотенце, будто в кокон. С моей магической «сигнализацией» гостья поступила также, просто на другом уровне бытия. Но мгновенно его заткнуть оказалось слабо даже богине.
У Кали обликов куда больше, чем у меня, и она принимает из все чуть ли не по очереди, этакие тела-недельки. Но сейчас в кресле сидела именно та роковая брюнетка, с которой я познакомился триста лет тому назад. Не спорю, сам факт, что она помнит нашу первую встречу, что-то всколыхнул в моей душе. Вернулись непрошенные воспоминания.
Светская львица в красном вечернем платье смотрелась в старой избе максимально чужеродно. Богиня сидела в кресле, которого вчера здесь наверняка не было, и вертела в руках подушку.
— Думаешь, не придушить ли меня во сне? — поинтересовался я максимально саркастичным тоном. — Слишком поздно. И да, я тоже рад тебя видеть.
Глава 17
— Правда? — спросила богиня чарующим голосом.