Мы спустились на четвертый этаж. Ал достал из шкафчика бутылку какого-то древнего вина. Я, кстати, заметил, что вампиры не любят крепкий алкоголь, а вот вино, особенно красное, весьма ценят. Надо будет угостить его сицилийским подарочком.
— У меня весьма деликатный вопрос, принц, — начал, смущаясь, Ал, протягивая мне бокал вина.
— Тогда предлагаю изложить дело прямо и без экивоков.
— Согласен, — кивнул он. — Мне предъявили очень старый долг. Я не могу отказаться от уплаты, вы не хуже меня знаете, как заключаются подобные договора.
— Полагаю, речь идет не о деньгах. Если же дело в них, я готов ссудить вам требуемую сумму, если, конечно, сам ею располагаю.
— Нет, люди, обратившиеся ко мне, знают, что я хорошо знаком с вами, Яков Георгиевич. Я должен устроить встречу с одним не самым приятным человеком.
— Кто этот неприятный человек?
— Некто граф Вележев. Я знаю, что у вас с ним отношения, мягко говоря, не сложились.
— Просто устроить встречу? Какие-то дополнительные условия выдвигались?
— Место и время, принц. Сегодня в семь вечера в сомнительном заведении под названием «Тройной крест».
Я вспомнил, что именно так называлась малина, над которой жил эксперт по ксивам Штука.
— О, я знаю этот ресторан! От вас требуется только организовать саму встречу? Вас не просят как-то повлиять на ее исход?
— Нет, я должен уговорить вас явиться в определенное место в нужное время и выслушать юного графа Вележева.
— Если встреча состоится, ваш долг будет закрыт?
— Именно так!
— Тогда обрадуйте ваших кредиторов. Я буду в «Тройном кресте» в семь вечера. Я даже позволю барчуку высказаться.
— Я чрезвычайно вам обязан, принц!
— Не говорите глупости! — я повторил ту же сентенцию второй раз за четверть часа. — Какие счеты между друзьями!
— Я хочу только обратить ваше внимание, что место пользуется дурной славой, ваша безопасность там никем и никак не гарантируется.
— Вы правда думаете, что какие-то бандиты представляют для меня угрозу? — улыбнулся я хищно.
— Нет, конечно, — рассмеялся вампир.
Криминальный авторитет Бурый хорошо провел вечер. Они праздновали с коллегой, таким же уважаемым вором, успешное дело. Маленькая победа, поправившая немного пошатнувшийся бюджет. Странное, даже необъяснимое путешествие по пустыне Сахара дорого встало для авторитета. Ох как-то непросто было выбраться из этих песков. Непросто и недешево.
Но жизнь продолжается, дела делаются, бабки капают. И сегодня Бурый мог позволить себе проспать до полудня, ничего важного на день грядущий не планировалось.
— Доброе утро, — раздался голос в комнате, которой положено быть пустой. — Я не смог и не захотел запомнить ваше имя-отчество, Бурый. А вы меня помните?
— Какого… — начал было авторитет, прикидывая, как ему добраться до спрятанного ствола, но потом увидел лицо незваного гостя, и вспомнил.
— Я вижу, вы меня узнали, — без тени улыбки произнес человек, сидящий в кресле.
— Ты просил звать себя Полковником, — прошептал пересохшими губами Бурый.
— Да, вы провели некоторое время у меня в гостях. Я пришел к вам с ответным визитом. Но может быть вы хотите снова наведаться ко мне?
— Нет, — застонал Бурый, — только не снова! Пожалуйста! Тебе что-то от меня надо, Полковник! Просто скажи, что.
— Хорошо, что мы друг друга поняли. В ресторане «Тройной крест», который принадлежит в том числе и тебе, сегодня вечером встретятся два человека не из вашего круга. ты понимаешь, о чем я говорю?
— Да, меня попросили устроить благородным фраерам стрелку с глазу на глаз. А потом…
— Не будет никакого «потом». Тебя попросили предоставить место, ты предоставил. Люди придут, поедят, попьют, обсудят дела свои скорбные. Ты проследишь, чтобы еду им подали нормальную, без сюрпризов, как для своих. Твои повара способны просто вкусно накормить гостей без фокусов, без гнилья или отравы?
— Все сделают в лучшем виде, — кивнул Бурый.
— А как гости поговорят, они просто уйдут. Или не просто, но мало ли что между ними произойдет, тебя их разборки не касаются. Короче говоря, никто из братвы в их разговор не вмешается. А лучше бы там никого кроме повара и не было. Да и он пусть на стол подаст и катится восвояси. Я понятно излагаю?
— Более чем, — кивнул Бурый. — Мои никуда не лезут. Графчик должен знак подать, чтобы второму пояснили за порядок в голове, ну и пусть себе ручкой машет. Никто не откликнется. После этого между нами все ровно?
— Если с твоей стороны, Бурый, все гладко пройдет, то и у меня вопросов к тебе не будет, — Полковник резко поднялся, в один шаг преодолел несколько метров, склонившись над кроватью, где полулежал авторитет. — Живи, дыши.