Глава 26
В то же время как демон Полковник навестил криминального авторитета Бурого, непрошенный гость заявился и к молодому графу Вележеву. Лица визитера графеныш не рассмотрел. Стоило барчуку переступить порог своего кабинета, который, безусловно, ему полагался как человеку деловому, некто накинул ему на шею шнур-удавку.
Душитель заговорил хрипло, явно искаженным голосом. Юный граф слышал, что существуют устройства для фокусников и скоморохов, насаживающих Петрушку на руку. Так они говорят, не раскрывая рот и странным «кукольным» голосом. Это называется «чревовещание». Возможно, гость пользовался чем-то подобным.
— Макс Беккер, — сообщил чревовещатель, — шлет тебе пламенный привет. Он интересуется, почему ты не исполнил договор.
— Но подлый Беринг…. — прошипел Вележев.
— Господин Беккер не заключал договора ни с каким Берингом. Ты дал слово господину Беккеру и взял деньги. Ты обещал избавиться от цистерн. А они болтаются по России как говно в проруби. Господину Беккеру уже задали неприятные вопросы серьезные люди.
— Я верну деньги, — выдавил Вележев.
— Господину Беккеру не нужны деньги. Ему важен результат. У тебя есть три дня, чтобы исполнить договор. Иначе…
— Что? — с ужасом переспросил графеныш.
— Иначе в следующий раз я затяну галстук потуже.
Удавка покинула шею графеныша, визитер же испарился, будто бы его и не было. Расспросы показали, что ни прислуга, ни охрана его не видели.
У китайцев странный для европейца ритуал приема пищи. Начинают они с чайничка легкого зеленого чая, а когда ты промыл организм и, главное, вкусовые сосочки, тебе подают закуски и горячее. И только потом — суп.
По той же старой традиции, дела не обсуждаются за едой. Лишь когда нам подали фрукты, кофе и десерты, Ичэнь Хуанфу приступил к делу.
— У меня появился реальный повод заманить вас в Китай, — улыбнулся советник в тридцать два зуба. — Я уполномочен предложить вам дело, которое принесет выгоду и вам, и нашей стране, а также позволит решить неожиданную проблему.
— Я заинтригован!
— Вы никогда не слышали про «Остров плавучих машин»?
— Впервые слышу, — искренне ответил я.
— Это интересная история, — откинулся в кресле советник. — Она произошла в провинции Фуцзянь. Не знаю, насколько вы разбираетесь в нашей географии…
— Весьма посредственно.
— Тогда сообщу вам, что она имеет выход к морю. Так сложилось, что на берегу сама по себе образовалась стоянка ненужных автомобилей. Так бывает, сотни машин в состоянии от убитых до вполне приличных и даже новых оказались никому не нужны. Со временем их число только росло.
— Почему вы не переплавили их на металлолом? — поинтересовался я. — При вашей активной индустриализации вы явно нуждаетесь в металле.
— У меня нет ответа на этот вопрос, — смущенно потупился советник. — Точнее он, к сожалению, лежит на поверхности: не нашлось человека, которому сталь понадобилась бы настолько, чтобы взять на себя ответственность.
— Вы думаете, что я стану таким человеком?
— О, это еще не вся история! — Ичэнь жестом попросил меня обождать. — В сентябре побережье провинции Фуцзянь пострадало от тайфуна Саола. Это было настоящее бедствие, нам пришлось эвакуировать миллионы людей.
— Сочувствую!
— Благодарю вас! Для нашего дела важно то, что тайфун смыл брошенные автомобили в море. К сожалению или к счастью, как посмотреть, машины не утонули, и не расплылись по всему Тихому океану. Они каким-то образом сцепились между собой и образовали тот самый остров. К нему прибивается всякий мусор, которого, увы, у берегов Китая предостаточно. Так что сейчас остров занимает довольно большую площадь. Мы считаем его настоящей экологической катастрофой. К тому же он затрудняет навигацию между материковым Китаем и Тайванем.
— И вновь сочувствую. Но перейдем к тому, что вы хотите от меня.
— Это огромное количество металла, многие тонны, точно посчитать не представляет возможным. Я знаю, что вы заинтересованы в этом материале не меньше, чем наша промышленность. Вы и сами встали на тернистый путь автопромышленника. Это, кстати, отдельная тема для разговора. Возможно, вам стоит обдумать размещение производства в Китае, пусть даже это не кажется патриотичным.
— Я бы пока воздержался от обсуждения моих наполеоновских планов.