— Вопрос некорректный, Николай Александрович. Мы с мистером Манном — проводники воли герцога Бореаса. Не стоит нас разделять. Я все это наговорил, чтобы дать его величеству время осознать грядущие перемены и как-то к ним подготовиться. В ваших интересах не дать просочиться этой информации за пределы самого узкого круга. Если узнают завры, ситуация может обостриться.
— У нас есть миссия, — объявил я элементалям. — В каком-то смысле нам предстоит зачистить хвосты после Карпатской операции.
— Не было у нас никаких «хвостов», — почему-то обиделась Ветерок. — Все мы чисто сделали. Во всех смыслах слова «чисто».
— А кто сказал, что это наши хвосты? — рассмеялся я. — Мы исправим огрехи в работе тех, кто пытался справиться без нас. И догадайтесь, что вышло?
— Они не справились, босс? — предположила Ветерок.
— В точку! Ситуация такова: не получив отходы с Карпатской АЭС, местные террористы или спецслужбы, в данном случае без разницы, обчистили другую, действующую. Всего на этой базе изготовили семь бомб. Четыре нашим группам удалось найти и вывезти из Республики. А три группы попались, им сейчас шьют диверсионку. Наша задача освободить пленников и таки найти бомбы. Есть вопросы?
— Только один, босс, — протянул Уголек. — Как?
— У нас есть кое-какие наметки, например, последние известные координаты наших агентов до ареста. Плюс, мы знаем, с какой станции брали отходы. Для начала попрактикуемся в изучении ментального следа. А потом, когда он потеряется, я вам покажу нечто особо интересное: магию подобия.
— Мы ее используем в производстве? — спросил Буль. — Мы так множим детали для ласточки.
— Молодец, мистер Стоун. Вот только мы используем ее не для создания, а для поиска. Так тоже можно. А вкупе с ментальным следом даст нам удивительные результаты!
Глава 7
Из крупных городов Республики я мог открыть портал только в Прикарпатск, там я все-таки был. Агентов я послал найти нам машину. Документами они пользовались теми же, что и в прошлый наш визит в эту страну. Я не волновался по поводу того, что эти граждане Британии числились погибшими. Ситуация, в которой мы нарываемся на серьезную проверку документов, потребует энергичных решений. Пригодных для военного времени.
Это, кстати, навело меня на определенные мысли. Я собрал команду и произнес маленькую, но пылкую речь.
— Нам предстоит путешествие по враждебной территории. У меня две просьбы, возможно, вам покажется, что они друг другу противоречат. Первая: я не хочу, чтобы за нами тянулся кровавый след. Если есть возможность не убивать, воспользуйтесь ею. Вторая: ваша безопасность и выполнение миссии — приоритеты. Причем именно в такой последовательности. Моя команда вернется в полном составе и на своих ногах. Хотя умереть в нашей теплой компании очень нелегко.
После напутственной речи, смысл которой я и сам толком не понял, я начал раздавать руководящие указания. Юля с Витей отправились покупать нам машину, вооружившись пачкой долларов, что я им выдал. Регистрировать ничего не нужно было, а вот доверенность у первого же попавшегося нотариуса оформить — в самый раз.
Уже через три часа они вернулись с минивэном, который запросто вмещал семь человек.
В Карпатске нам особо делать было нечего, но агенты знали, где перестала выходить на связь одна из групп. Городок Аркадьевск находился на расстоянии тридцати километров, то есть в идеальном мире мы бы доехали за полчаса, в реальном, с пробками и светофорами, — за час-полтора. А с учётом военного положения любая поездка становилась непредсказуемой.
Уже сейчас дороги заполнились грузовиками с солдатами, стремящимися на восток. Документы проверяли чуть ли не на каждом шагу. Нас пока спасала аура невнимания. Я активно транслировал в окружающую среду мысль, что с нами все в порядке.
Так же я рассчитывал на британские документы. Явно же эта порода иностранцев сейчас в Республике в фаворе. Пару раз они и помогли. Вкупе с Голосом, который я подключал к переговорам с блокпостами.
Реальная проблема началась, когда мы через какой-то час все-таки доехали до Аркадьевска. Перед въездом скопилась трехкилометровая пробка. Я прошел пешком до поста и там капризным голосом потребовал кого-то, кто владеет английским.
Вскоре ко мне вышел майор. Я сунул ему под нос паспорт и назвался инспектором страховой компании. Иллюзию удостоверения я тут же создал, благо знал, как оно выглядит еще с тех пор, как мы «выпотрошили» мозг манхэттенского нотариуса.
Это прекрасно подействовало, майор проникся и доложил мне как высокому начальству, что в городе чрезвычайная ситуация, объявлен карантин. И даже меня с моей «ксивой» он пустить не сможет. Что именно там происходит, он объяснить не смог, сам не знал.